8
0– Вряд ли его величество обрадуется нецелевым расходам.
- Относите себя к нецелевым расходам? – хмыкнул граф. – Какая скромность! Итак, пишите, - и он начал надиктовывать: - «Чтобы горбатой божественность Соль…».
Нам понадобилось чуть больше получаса, чтобы перевести и записать проклятия со всех найденных табличек. Их было двадцать три, четыре из них сделаны из свинца, остальные из воска. На свинцовых табличках, написанных примитивной латынью с ошибками, были просьбы к богине Соль наказать воров, укравших какие-то перчатки, свинью, плащ и вернуть мужчину, который собирался уйти к некой «Третьей Маркиане». Эти таблички граф отложил сразу, сказав, что они интересны только для музея древностей, а вот восковыми очень заинтересовался.
Гораздо больше времени мы потратили, расшифровывая надписи. Существенно облегчало дело то, что все они были по одной формуле – имя обращавшегося, хвалебные эпитеты богине, потом просьбы о проклятии и имя проклинаемого. Только лишь в трёх табличках имени проклинаемого субъекта не было. В одной Милдред просила, чтобы богиня Соль наказала вора, который украл у неё кольцо.
- У леди Милдред Чарлтон в прошлом году пропало кольцо с жёлтым алмазом, - сказала я, когда мы расшифровали надпись «Милдред - богине Соль. Прошу вашу божественность и величество, чтобы нашлось моё кольцо. Накажи вора, будь то мужчина или женщина, чтобы вор ослеп, оглох и потерял дар речи».
- Сердечная женщина, - хмыкнул граф, переходя к другой надписи.
Ещё на одной табличке была просьба найти пропавшего кота, и я предположила, что Эвелин – это леди Ленсборо, которая долго и тщетно искала своего рыжего кота, а ещё в одном послании богине была просьба наказать того, кто украл флакон с духами, и прилагался список имён – Шила, Мойра, Пегги, Энн, Изабель. Совместными усилиями мы с графом пришли к выводу, что заказчиком этого проклятья могла быть леди Изабель Галанд, потому что прочие имена были слишком просты и как раз подходили для слуг.
Но особое внимание графа привлекли остальные таблички. Впрочем, не скрою, что и мне они были очень любопытны. Потому что не было особой необходимости расшифровывать, что в них написано. И так всё понятно. Имена заказчиков, вернее – заказчиц, менялись, но имя проклинаемого оставалось неизменным – Роксана.
Мне желали смерти, болезней, уродства – девицы Солимара были не слишком изобретательны по части проклятий. Было здесь и имя Юлианы, желавшей мне стать горбатой и сломать ноги. Но всё же лишь одна запись задели меня особенно сильно, до душевной боли.
- «Стелла богине Соль, - прочитала я очередное проклятие, - молю вашу божественность и величество, чтобы у Роксаны выпали волосы и зубы, и она стала уродливой, во имя справедливости».
