8
0
- Письма писал Эверетт, - возразила я, нащупав злополучные послания в кармане, куда я сунула их, безжалостно смяв. – Что теперь в этих письмах? Они точно не нужны.
- Нужны или нет, пусть граф и решает, - сказал отчим. – И я не советовал бы с этим тянуть.
- Хорошо, - согласилась я. – Сегодня же передам.
- Иди, проведай, как там Стелла, - отчим кивнул в сторону нашей с сестрой комнаты. – Боюсь, для неё это слишком сильное потрясение. Сначала размолвка с Харальдом, потом увидеть труп…
- Для мамы это ещё большее потрясение, - я вздохнула, понимая, что наша семья скатилась с вершины куда-то к подножью холмов Солимара.
И вроде бы ничего мы не сделали, но на душе удивительно пусто и гадко.
Мне вспомнилась картина из мастерской Эверетта – мой портрет в полупрозрачных одеждах. Если его увидят, это будет ещё один скандал на весь город. Сплетницы мигом разнесут, что я позировала голой.
Чем дальше, тем страшнее и страшнее…
Но сидеть и горевать было не лучшим решением.
- Пойду к Стелле, - я погладила отчима по плечу в знак поддержки, и ушла в спальную комнату.
Сестру уже уложили в постель, мама подоткнула одеяло, как в детстве, заботливо поцеловала в лоб и отправилась к себе – принять успокоительных капель и вздремнуть, если удастся.
- Такие потрясения в моём возрасте… - причитала она. – Сти, ну как же так с Харальдом? Рокси, а что касается графа… это, вообще, не высказать словами…
- Что касается графа? – спросила Стелла, когда мама ушла, а Мэри-Анн побежала за кипятком для грелки.
- Не бери в голову, - отмахнулась я. – Сейчас это так неважно. Лучше скажи, куда и зачем ты сбежала? Я чуть с ума не сошла, когда обнаружила подушки в твоей постели!
- Просто захотелось прогуляться в одиночестве, - равнодушно ответила она, глядя в потолок.
Ну вот. А я напридумывала себе всяких ужасов. Я помолчала и добавила:
- Поверить не могу, что господин Эверетт умер. Какой удар для его семьи.
- Пожалуйста, не напоминай, - взмолилась сестра. – Это так ужасно…
Ей тоже дали успокоительных капель, и я сидела рядом, держа за руку, пока Стелла не уснула.
Потом я пересела к столу и написала записку графу Бранчефорте:
«Дорогой Гилберт! Мы получили печальные новости о господине Эверетте.
Перечитав письмо, я кивнула. Да, именно так. Граф прекрасно поймёт, что речь идёт не о любовных подарках, а о деле Эверетта. Ну а если письмо попадёт в чужие руки, то никто ни о чём не догадается. Подумаешь – письмо влюблённой невесты.
Мэри-Анн исполнила роль посланника любви и отнесла письмо в дом графа.
