5
0
С тихим вскриком сжимаюсь, а после распадаюсь на частицы, умирая и одновременно возрождаясь. Димка догоняет меня, ритмичными движениями доводит но нового пика и сам срывается вниз с хрипом.
Изливается в меня, снова падает рядом и притягивает к себе.
Пытаемся отдышаться. А я не могу налюбоваться на Димку. Какой же он… мой родной.
Тянусь к нему с поцелуем, которому не суждено случиться — раздается звонок в дверь, и я слышу знакомый голос:
— Димуль! — кричит Аделия. — Ты дома, котик? Я не могу дозвониться до тебя.
Я замираю в руках у Димки, покрываясь ледяной коркой на глазах. С силой зажмуриваюсь, причиняя глазам боль.
Какая же я… тварь последняя. Ведь я знаю, как это больно! Уж я как никто знаю. И пусть, что по факту тогда у него ничего не было, но та картина и осознание… Это невероятно больно. И вот я на месте той, которую ненавидела много лет.
Шлюха, вот кто я!
— Соня, — произносит встревоженно Дима. — Что бы ты сейчас себе ни надумала — тормози.
Вырываюсь из его горячих объятий и быстро скатываюсь с кровати, падаю на пол.
— У нее есть ключи? — шепчу ему.
— Нет, — спокойно отвечает Волков.
Он невозмутимо поднимается, подходит к шкафу и достает оттуда домашние штаны, надевает их, разворачивается и решительно произносит:
— Сонь, успокойся. Все хорошо.
— Да, конечно хорошо, чего уж тут! — меня аж передергивает от его спокойствия. — Я всего лишь переспала с парнем, у которого на носу свадьба! Всего-то!
Я вскакиваю на ноги и начинаю бегать по комнате, собирая свою одежду. Трясущимися руками натягиваю ее, параллельно проклиная себя на чем свет стоит.
Фоном Аделия продолжает трезвонит и звать Волкова.
Белье и брюки уже на мне. Осталось найти пиджак и рубашку. Они находятся в соседней комнате, и я спешу надеть их.
Дима подходит ко мне сзади, берет за плечи и разворачивает к себе:
— Соня, прекрати! — говорит хмуро. — Я не отпущу тебя. Сейчас я объясню все Аделии, и она поймет.
— Что? — ахаю я. — Ты с ума сошел?! Не смей!
Вырываюсь из его объятий, иду спиной вперед:
— Она ничего не должно знать, понял? Она же наверняка любит тебя и не переживет предательства.
Димка распахивает глаза, и я вижу в них злость. Он наступает на меня, а я отхожу все дальше, в спальню.
— Ты себя слышишь, Калинина? — рычит он. — А кого люблю я, не хочешь спросить?!"
"Я затыкаю уши и оседаю на пол:
— Нет-нет, пожалуйста, нет, — не знаю, что на меня находит, паника это или я реально тронулась умом?
Волков присаживается рядом и берет мои руки в свои, разводит их в сторону.
— Смотри, как мы сейчас поступим, — говорит абсолютно спокойно, как будто это целиком и полностью штатная ситуация. — Сейчас я приглашу Аделию в квартиру и объясню ей все.
— Не смей, Волков! — шиплю на него через пелену невесть откуда взявшихся слез.
