8
0
Вот так погребён был старый барон, и одна только Тиффани знала, где он сейчас. Он шёл с отцом по стерне, где жгли сухие стебли и сорняки, и стоял чудесный осенний денёк — неизменный, идеальный миг, застывший во времени…
Тиффани охнула.
— Рисунок!
И хотя она пробормотала это себе под нос, гости вокруг заозирались. «Какая я эгоистка! — корила себя ведьма. И тут же: — Ну он же наверняка там, на месте, куда бы ему деться?»
Как только задвинули крышку каменной гробницы — этого звука Тиффани в жизни не забудет! — девушка поспешила к Брайану. Тот шумно сморкался, а когда поднял взгляд, глаза его были красны.
Тиффани мягко взяла его под руку, стараясь не выдать волнения.
— Комнату барона ведь заперли, правда?
Сержанта такой вопрос явно шокировал.
— Ну ещё бы! А все деньги хранятся в большом сейфе в кабинете. А почему ты спрашиваешь?
— Там было нечто очень ценное. В кожаной папке. Её тоже убрали в большой сейф?
Сержант помотал головой.
— Тифф, поверь, после… — он замялся, — того небольшого недоразумения я составил опись всего, что было в комнате. Всё, что из неё выносили, я проверял и отмечал в блокноте. Карандашом, — для вящей убедительности добавил он. — Ничего похожего на кожаную папку из комнаты не забирали, я уверен.
— Да. Потому что госпожа Лоск побывала там раньше, — посетовала Тиффани. — Что за негодяйка! До денег-то мне и дела не было, потому что ни на какие деньги я не рассчитывала. Наверное, она решила, что в папке какие-то важные документы!"
"Тиффани поспешила обратно в зал и огляделась. Вот теперь Роланд стал бароном во всех отношениях. Так что и отношение людей к нему преисполнилось почтительности: гости теснились вокруг него и повторяли что-нибудь вроде: «Достойный был человек», и «Хорошо пожил», и «По крайней мере, не мучился перед смертью», и всё прочее, что принято говорить после похорон, когда толком не знаешь, что сказать.
Тиффани уже было решительно направилась к барону, но тут на плечо ей легла властная рука. Девушка скользнула по руке взглядом вплоть до самого лица нянюшки Ягг: та где-то разжилась кувшином эля, громаднее которого Тиффани в жизни не видела. Точнее (отметила она про себя), уже полупустым кувшином эля.
— Отрадно видеть, когда всё сделано как надо, — проговорила нянюшка. — Я-то старикана лично не знала, но, похоже, славный был малый. Рада тебя видеть, Тифф. Ты как, справляешься?
Тиффани взглянула в простодушные улыбчивые глаза нянюшки, а за ними — в суровое лицо матушки Ветровоск под полями шляпы. И поклонилась.
Матушка Ветровоск откашлялась — точно гравий захрустел.
— Мы здесь не по делу, девочка моя, просто хотелось короля поддержать.
— И мы уж всяко не из-за Лукавца прилетели, — весело добавила нянюшка Ягг.
