Перегрин

Как я мог видеть во время плавания из Византия в Остию, сейчас на Средиземном море не самое лучшее время для морской торговли. Римляне воюют со всеми или все воюют с римлянами, и, благодаря этому бардаку, развелось много пиратов. Не только галеры, но и «круглые» суда ходят большими караванами, а меня всегда раздражала стадность. К пиратам тоже не так-то и просто прибиться, потому что набирают экипажи по национальному признаку. Сунувшись к ним, можно запросто оказаться не соратником, а рабом-гребцом на галере. Сидеть на берегу мне надоело еще в предыдущую эпоху, да и к сухопутной торговле или занятиям каким-либо ремеслом не имею склонности, поэтому решил поискать счастья в римском военно-морском флоте, хотя там надо служить на год больше, чем в других вспомогательных частях. Какая мне разница, двадцать пять лет или двадцать шесть, если уверен, что не прослужу и половину срока, свалю при первой же интересной возможности?!

— Завтра утром отправлюсь в Мизен, — поделился я.

Мизен — это городок неподалеку от Неаполя. Там сейчас находится одна из второстепенных баз военно-морского флота Римской республики, ближняя к Риму. Главная располагалась в городе Форум Юлия в Галлии. Я не захотел переться туда. Проблем с зачислением быть не должно, потому что римляне редко служат на флоте, разве что командирами. Большую часть военных моряков составляют такие же, как я, перегрины.

— Как хочешь! — с сожалением произносит Гай. — Если передумаешь, возвращайся. Найдешь меня, помогу устроиться к нам в гвардию.

Зная, что я — сын тирана, он искренне верил, что, как и все варвары, буду считать за счастье сгребать навоз в преторианской конюшне.

В лупанарии акустика такова, что все в курсе твоих разговоров, поэтому Полла, когда я вернулся к ней в комнату, шепчет мне на ухо, касаясь его сухими горячими губами:

— Забери меня с собой! Я буду делать всё, что ты захочешь: стирать, убирать, готовить! Ты не пожалеешь!

Что забавно, женщины искренне верят, что, садясь тебе на шею, делают тебе большое одолжение. Моя первая жена постоянно напоминала, что потратила на меня свои лучшие годы. Жаль, что не смогла найти другого дурака на эти годы!

— Хорошо, буду ждать тебя на берегу Тибра у Тройных ворот, — шепчу я в ответ.

Наверняка в Мизене женщин намного меньше, чем мужчин, на всех не хватает, так что лучше приехать со своей. Уверен, что Полла знает, что военнослужащим римской армии и флота запрещено жениться, так что не будет утверждать, что я украл ее лучшие годы и разрушил самые прекрасные мечты. Впрочем, еще и как будет! Если совместная жизнь не сложилась, женщина всегда обвиняет мужчину. Она-то выбор сделала правильно, а вот он… На самом деле в разводе всегда виновата женщина, а в женитьбе — мужчина.