Перегрин

Стоявшие ближе к каструму, услышали шум боя в тылу, а потом и увидели нас, атакующих, и начали перестраиваться, позабыв об атаке. Вперед выдвинулись копейщики. Копья у них длинные, метра три, и с крепкими древками. Бросать на такие коня глупо. Мы добивали убегающих, не приближаясь к вражеской линии. Поняв, что на них не попрем, тевтоны и амброны сами пошли на нас.

Я надеялся, что Гай Марий правильно оценит ситуацию и ударит в тыл врагу. Он не рискнул. Может быть, решил, что это хитрая вражеская уловка, чтобы выманить его армию из укрепленного каструма. Предварительной договоренности ведь у нас с ним не было. Поняв это, я развернул коня и помахал окровавленной пикой в сторону леса, из которого мы выехали, и сам поскакал в ту сторону. Мои воины были проинструктированы перед началом нападения, правильно поняли и выполнили приказ. Позади нас оставались убитые и раненые враги, по самым скромным прикидкам тысячи две с половиной.

Поскакали мои воины не по дороге, а через лагерь, чтобы по пути прихватить добычу. Само собой, интересовало их не барахло, а девки. Мы давно уже в отрыве от дома, изголодались по любви и ласке. Я тоже рванул через лагерь, высматривая добычу. Как назло попадались старухи или мужиковатые тетки с кольями или топорами. Бабы и у тевтонов, и у амбронов умеют биться не намного хуже мужиков. Если решили поиграть в мужские игры, то и правила на них распространяются мужские. Я заколол несколько. Причем за одной, которая метнула топор в моего коня и, к счастью, попала в критнет (защиту шеи), не пробив ее, но сильно испугав животное, я погнался, потому что жеребец встал на дыбы и чуть не выкинул меня из седла. Догнав эту бабищу, всадил ей пику между лопаток с такой силой, что пронзил тело насквозь. Пришлось придержать коня, чтобы выдернуть пику."

"Вот тут я и заметил девушку лет четырнадцати, голубоглазую блондинку с двумя толстыми косами, закинутыми на грудь, довольно развитую для такого возраста. В Средиземноморье такие попадаются редко, поэтому меня цепануло, поэтому, закинув щит за спину и переложив пику в левую руку, повернул коня в сторону девушки. Она поняла, что я задумал, рванула в сторону леса. Была бы умнее, нарезала бы круги вокруг шалашей и палаток, мне трудно было бы поймать ее. На прямой дистанции конь бежит быстрее. Догнав девушку, схватил за толстые косы, которые теперь телепались позади. Рывком поднял девушку и положил животом на спину коня перед седлом. Ноги ее свесились с одной стороны, а голова и руки — с другой. Поза, конечно, неудобная, можно вытрясти все содержимое желудка и кишечника, но времени на реверансы не было. К лагерю, позабыв о каструме, с ревом ломились обиженные отцы, мужья и братья, возмущенные таким нерыцарским способом ведения войны.