Перегрин

— За всех я поручиться не могу, но, даже если кто-нибудь из них проболтается, до Рима это вряд ли дойдет, — ответил я.

— Я приказал казнить всех, кто уцелел после вашего нападения на караван, как соучастников, так что болтать тоже не будут, — сообщил проконсул, после чего поинтересовался: — Твои люди готовы остаться здесь хотя бы на несколько лет?

— Если получат гражданство и земельные наделы, то останутся в Гадесе на всю жизнь, — заверил я. — Тем более, что разговаривал с твоим зятем, и он готов взять их, как опытных воинов, в городскую стражу. Наделы сдадут в аренду и будут жить в городе припеваючи. Раньше они только мечтать могли о таком счастье.

— Как мало надо некоторым для счастья! — искренне воскликнул Квинт Сервилий Цепион. — Я слышал, что ты тоже хочешь остаться здесь, покупаешь имение моего зятя?

— Да, — подтвердил я. — Не люблю суету больших городов.

— Я тоже на вилле чувствую себя лучше, чем в Риме, но редко на ней бываю, — сказал он.

— Если можно, выдай землю моим людям неподалеку от меня. В первую очередь моему деверю Ганнону Стритану. Вместе нам будет безопаснее, — попросил я.

— Он тоже хочет остаться здесь?! — удивился проконсул.

— Ему везде хорошо, где есть хороший повар, а такой у него сейчас имеется, захватил в Тингисе, — рассказал я. — Он приглашает тебя на обед в любой день, когда будешь свободен.

— Обязательно приду! — искренне пообещал Квинт Сервилий Цепион.

На изготовление дипломов о гражданстве для всех членов экипажа ушла рабочая неделя. Еще одна потребовалась на размежевание земли неподалеку от имения, которое я купил у Квинта Лутация Катона всего за полмиллиона сестерциев. Каждый рядовой с триремы «Бесстрашная» получил в награду якобы за захват Тингиса десять югеров земли, рулевые, боцман и опцион — пятнадцать, кормчий — двадцать пять, а мне дали пятьдесят. У всех было золотишко, так что каждый, кто хотел, мог прикупить землицы, и многие так и сделали, благо она здесь была всего по семьсот пятьдесят сестерциев за югер. Велиты и стрелки поступили на службу в городскую стражу, а гребцы и моряки занялись расчисткой и распашкой своих наделов, постройкой домов и подсобных помещений. В городе не осталось ни одного безработного, резко подскочили цены на рабов, скот и строительный и сельскохозяйственный инвентарь. Заодно мои бывшие подчиненные расхватали всех одиноких девушек и женщин, которые предпочитали новоиспеченных богатых римских граждан местным нищим перегринам.

Приказом Квинта Сервилия Цепиона на оставшуюся без экипажа трирему «Бесстрашная» была переведена половина экипажа триремы из Форта Юлия, и обе были дополнены новобранцами из местных.