2
0
Досадливо поморщился, услышав сзади вскрик:
— Паша!
Рыженькая вылетела на крыльцо, хотела кинуться вслед. Чувствуя себя последней сволочью, Мазур отстранил ее как мог суровее. Глядя в глаза, сказал:
— Домой идите, Люба. К обеду, если все хорошо будет, вернется.
— Да за что же…
— Домой идите, — повторил Мазур и легонько подтолкнул бедного Пашу. — Вперед. И без глупостей, чтоб мне оружие не применять.
Метров через двадцать балтиец немного опомнился:
— Командир, что за аврал?
— На каком корабле служил?
— На «Стерегущем».
— У Чигина, значит, — кивнул Мазур.
— А вы откуда…
— У Чигина служил, а вопросы дурацкие задаешь… Шагай вперед.
Окончательно сбитый с толку морячок на какое-то время унялся. Мазур сделал Ольге знак присоединиться к шествию. Тут уж у Паши, по лицу видно, окончательно отшибло всякое здравое соображение."
"Душевная тетка Петровна бдительно торчала у забора, и, завидев шагавшего под конвоем неприятеля, низко поклонилась, с неописуемой смесью слащавости и злорадства поприветствовала:
— Утро доброе, Пашенька, сокол ясный… Куда ты спозаранку? По делам, поди? Ну, бог в помощь…
Паша затравленно покосился на нее и прибавил шагу. Для бодрости принялся фальшиво насвистывать что-то лихое, Мазур не препятствовал. Смотрел на реку — почти напротив причала, ближе к переправе, кружила длинная белая моторка, скорее, катер — то ли дюралевый, то ли железный, остроносый, с высоким стеклом, окаймлявшим почти половину пассажирского отсека. А этот что тут вертится? Неужели…
Пашка, бурча что-то, поворачивал рукоятки. Мазур, отведя взгляд от подозрительного катера, следил за каждым его движением. Вскоре под палубой гулко зафыркал мотор, за кормой вспенилась вода.
— В леспромхоз? — сварливо бросил балтиец. Оказавшись у себя в рубке, он словно бы обрел некоторую уверенность.
— Туда, — кивнул Мазур.
— А это кто? — в его обращенном к Ольге взгляде довольно-таки забавно сочетались мужской интерес и ошеломленность нежданно начавшимися странностями.
— Эксперт, — сказал Мазур. — Дактилоскопист-агностик. Ну, что ты копаешься?
— Ничего я не копаюсь, — проворчал Пашка, резко перекладывая штурвал на правый борт. — Все, отходим…
Шум мотора стал ровным. Суденышко, чуть задрав нос, оставляя на воде широкие «усы», целеустремленно пересекало Шантару наискось. Мазур бдительно ждал момента, когда необходимо будет изменить курс. Косился в сторону белого катера — и ощутил во рту какой-то противный привкус, когда тот, прекратив странные рысканья, заложив широкую дугу, двинулся следом, держась правее, довольно далеко, но строго соблюдая некую заранее выверенную дистанцию. «Скверно, — подумал он, опустив руку в карман куртки и касаясь пистолета. — Похоже, хвост.
