7
0А они и в мирное время не всегда рядом.
— Она не моя! — возмутилась.
— Хорошо, не твоя. Тогда перестань вздрагивать, когда ее видишь.
— Лили!
— Ну, что? — усмехнулась подруга. — Вы с Эйвином как дети себя ведете. Поговорить не пробовали? Что между вами произошло? Никак не могу вспомнить его настоящего имени…
— И не надо! Не собираюсь я с ним разговаривать, пусть любуется на свою Вериту!
— Мне кажется, она ему совсем не нравится…
— …а это меня тем более не интересует!
— Аль…
Недовольно фыркнув, я зашагала в Академию. Ну вот зачем ко мне приставать со своими советами?
Берт вел себя более чем странно.
— Ты собираешься завтра во дворец?
Я уставилась на него во все глаза:
— Зачем?
Он смутился:
— Не соскучилась?
— Даже если так, почему ты спрашиваешь?
— Ты не ответила.
Если до этого я раздумывала, не навестить ли родителей, то тут чувство противоречия встало в позу:
— Нет, до меня дошли слухи, что лионский посол отошел от моей выходки и собирается нанести визит.
Жалко, бедного, второго раза, боюсь, не переживет.
Берт нахмурился, кивнул и отошел. Как хотелось потрясти его хорошенько и спросить, что все это значит, но гордость не позволила. Во дворец я так и не отправилась, хотя мама и Лекса очень удивились.
Завтра будет второй выходной, и, судя по задумчивым взглядам дракона, он пристанет ко мне с таким же вопросом снова. И в этот раз потребую объяснений, что за тайны Тарринского двора он мне устроил.
Проглотила обед и даже не почувствовала вкуса. Все мысли занимала предстоящая практика на полигоне. Вчера Адмир пообещал впервые поставить нас не против себя или Сейла, а против друг друга.
При этом выглядел мрачно и не менее получаса объяснял технику безопасности — использовать минимум силы, прикрываться щитами и не вредить сопернику. Для чего тогда спарринг — непонятно. Впрочем, мне особо бояться нечего, если что — заживет быстро, а вот остальные адепты поглядывали друг на друга с опаской.
Полигон, хоть и был немаленьким, но ради безопасности Адмир разрешил тренировочный бой только четырем парам.
