Порочный Принц

Черт возьми — мне не все равно.

Какого хрена меня это волнует?

Я собираюсь остановить Клэр, когда к нам приближается Тил. Как в ту ночь, когда она набросилась на меня в мгновение ока.

Она хватает Клэр за волосы и тянет назад. Девушка визжит, падая на задницу.

— Что за...

— Проваливай. — Тил смотрит на нее сверху вниз.

— Нет, ты проваливай, ненормальная.

Клэр поднимается на ноги, собираясь напасть на нее.

Тил останавливает ее, прижимая руку к ее лицу. Я не знаю, как она это делает, но она выглядит нормальной, хотя ее тело дрожит от ярости или волнения — или и того, и другого. Как будто ее лицо не может справиться с ее эмоциями.

Она выталкивает ее, бросает ей вслед пиджак и захлопывает дверь перед носом, обрывая все крики и протесты Клэр.

Когда она снова смотрит на меня, пустота все еще там, но ее руки сжаты в кулаки по бокам.

— Вот и мой минет на сегодня. — я стараюсь, чтобы мой голос звучал беззаботно. — Ты выгнала Клэр, чтобы закончить работу?

— Мечтай.

— Ох, ты никогда раньше не делала минет? Я могу помочь с этим. — я указываю перед собой. — Первый шаг это встать на колени.

Она скрещивает руки на груди.

— Ой, подожди, — мои губы кривятся в ухмылке. — Тебе также нравится, чтобы с этим шла боль?

Она ничего не говорит.

Я застегиваю брюки, и она наблюдает за движением, будто мой член прыгнет на нее или что-то в этом роде.

По правде говоря, он действительно хочет это сделать.

— Если ты не планировала занять место Клэр, почему ты ее выгнала?

Ее взгляд становится жестким, но она фыркает и смотрит в другую сторону.

— Хм. Потому, что...

— Я не знаю.

— Ты не знаешь?

Я приближаюсь к ней, пока она снова не оказывается на поверхности, и я возвышаюсь над ней.

Мне начинает нравиться эта поза, возможно, даже уже нравится.

Похоже, она тоже осознает этот факт, так как ее ногти впиваются в руки.

Однако Тил не отступает. У нее есть эта очаровательная привычка свирепо смотреть, даже когда ее загоняют в угол.

В ней так много борьбы, и я хочу исследовать ее сантиметр за мучительным сантиметром, а затем, быть может, сломать ее.

Определенно сломать, чтобы я мог увидеть, что за этим стоит.

— Все, что я знаю, — говорит она нейтральным голосом, — Если ты сделаешь это снова, я также заставлю людей касаться меня перед тобой. Я твоя невеста, и это делает меня равной тебе, а не твоей игрушкой. Если ты проявишь неуважение ко мне в присутствии других, я сделаю то же самое.

Я улыбаюсь, но за этим нет никакого юмора.

— Почему ты думаешь, что меня это волнует?

— Тогда продолжай. В любом случае, давай посмотрим, кто из нас двоих самый большой эксгибиционист. Для протокола, я никогда не проигрываю.

Черт. Эта девушка.

— Ты не пойдешь сегодня в La Débauche. Или когда-либо, если уж на то пошло, но это в другой раз.

— Почему нет? — насмехается она.