0
0
Мой телефон вибрирует. Эдуард. Опять.
Эдуард:Если ты что-то знаешь и не говоришь мне, я могу подумать, что ты не уважаешь нашу сделку, дорогой маленький племянник. Это очень прискорбно.
К черту его и его фальшивое шикарное поведение, и все его существование, в общем.
Был момент во времени, когда его существование было причиной, по которой я продолжал свое. Мама читала мне книги о ведьме, которая околдовала принца и заставила его потерять память, и с этим он совсем забыл о принцессе, которую любил."
"Я сказал ей, что хотел бы найти ведьму. Она нахмурилась, и я понял, что сказал что-то не то. Это проклятие; я не должен был желать стирать свои воспоминания, поэтому я сказал ей, что это потому, что я хотел найти ее снова и снова.
Мама была моей принцессой. Она была причиной, по которой я хотел это проклятие, потому что думал, что, если я забуду, у меня не будет тех кошмаров, которые заставляли ее не спать всю ночь рядом со мной.
Я выключаю телефон и забираюсь на водительское сиденье, пытаясь выровнять дыхание.
— Сюрприз.
Неуверенный голос Тил привлекает мое внимание к ней.
Она сидит на пассажирском сиденье, сняв платье-футболку. Теперь она одета в костюм крольчихи, который я храню в своем гардеробе, потому что я давно планировал, чтобы Кимберли надела его.
Цельный наряд облегает ее тело, привлекая внимание к ее декольте, которое давит на материал. Ее бедра обнажены, тонкая полоска ткани облегает ее киску.
Я всегда говорил другим, что у меня есть эта фантазия, и я действительно увидел ее в порно — не судите, — но теперь, когда она реальна, и Тил воплотила это, что-то в моей груди, блядь, щелкает.
Это не очень хороший снимок.
Мое настроение портится, а сердце бьется так громко, что это единственное, что я слышу в своих ушах.
— Ох, подожди. Я забыла. — она лезет в сумку, достает ушки и надевает их на голову. — Теперь все готово.
Теперь все готово.
Теперь, черт возьми, все готово.
Ее лицо мелькает взад и вперед, будто это призрак. Ужас, который я испытывал всего один раз в жизни, снова и снова прокручивается в моей голове, как искаженный фильм.
Маниакальный смех, пьяные люди, темнота, такая чертова темнота и одиночество.
Такое сильное одиночество.
Мама.
Папа.
Помогите мне.
— Р-Ронан?
— Сними это.
— Ч-что?
Я хватаю ее за руку и срываю с нее костюм.
Ее визг и мои стоны заполняют пространство, но все, что я слышу, это тихие всхлипывания маленького ребенка.
Помогите.
Помогите мне.
Глава 27
Тил
Костюм разлетается в клочья вокруг моего тела, и на секунду дольше, чем нужно, я так ошеломлена, что не могу среагировать.
Я не могу среагировать, когда ушки ломаются надвое.
Я не могу среагировать, когда ткань рвется, обнажая мою грудь и живот и собираясь вокруг талии.
