3
0Внутри бушует ураган, о котором ей лучше не знать.
- Добрый день, Гордей Витальевич, - поддерживает деловой тон.
Неторопливо и царственно оборачивается. Ледяная, строгая, бледная.
Снежная королева.
Смело смотрит мне в глаза. С вызовом и решительностью, словно я нападаю, а она защищается. Это причиняет боль - я ведь не желаю ей зла. Прямо сейчас я просто пытаюсь не сдохнуть от дикого страха за нее.
- Возьмете пациентку на консультацию? – уточняет Агата, и мне хочется взвыть.
Не могу. Только не ее…
- Да, разумеется, - безжизненно чеканю, продолжая буравить взглядом Вику. - Что случилось? – хрипло уточняю, подсознательно догадываясь.
Молю бога, если что-то там вообще осталось наверху, чтобы все это оказалось чудовищной ошибкой. Сном. Кошмаром.
Но проснуться не получается.
- Беременность, - выпаливает Вика на одном рваном выдохе, и у меня все обрывается внутри.
Она ждет от меня хоть какой-то реакции, а я просто стою и смотрю на нее, словно запечатлеваю в памяти. Не верю. Не хочу верить.
- Я вас оставлю, - выводит меня из ступора Агата. Спохватившись, она направляется к выходу. – Мне надо своих ЭКО-шек после подсадки проведать. Можете пообщаться в кабинете."
"Дверь хлопает за спиной, а я некоторое время так и остаюсь на месте, прорастая высушенными корнями в пол. Сердце сдавливает тисками – и концентрированная боль выбрасывается в кровь.
Не обронив ни слова, под прицелом пронизывающего Викиного взгляда я занимаю кресло врача. Заставляю себя взять ее историю и сосредоточиться. Пролистываю результаты анализов, изучаю показатели, останавливаюсь на свежей кардиограмме, к которой у меня появляются вопросы, а под конец… добираюсь до заключения УЗИ.
- Двойня? Плохо… - сдавленно хриплю, дергая себя за воротник траурной черной рубашки. - Вика, от меня?
Я знаю ответ… Вижу сроки... Не понимаю, зачем спрашиваю… Чтобы снять с себя ответственность? Трус и слабак! Ведь это я виноват в том, что ее жизнь теперь под угрозой...
Я даже в глаза Вике посмотреть не могу – гипнотизирую кривую на кардиограмме. И проклинаю две крохотные точки на снимке УЗИ.
За что ей такое испытание?
- Гордей Витальевич, разве это важно? – хмыкает Вика непринужденно, прячет истинные чувства. С каждой фразой она будто пропускает меня через мясорубку. Перемалывает в фарш. - Вы здесь как специалист, а я в роли вашей пациентки. Мы поменялись местами, и теперь мне нужна ваша помощь. Что скажете, доктор, какие будут рекомендации?
Поднимаю взгляд в момент, когда она горько усмехается. Ей тяжело, понимаю. Вика не заслуживает всего этого. Как и Алиса в свое время.
История повторяется. Грань между прошлым и настоящим стирается. Гребаное дежавю накрывает с головой.
- В нашей ситуации только одна… - произношу стальным тоном то, что должен: - Аборт.
