5
0
– Дай угадаю, философия – любимый предмет в универе?
Больше не дает возможности ответить, тянет на себя, а у меня сердце разрывается на части, кричу в лицо варвару, пока еще могу сопротивляться напору одичалого хищника, пришедшего по мою душу:
– А чем ты лучше моего жениха?! Чем?! Айдаров загнал мою семью в долговую яму, закрутил вентили так, что мой брат может погибнуть! Я на все пойду, все сделаю! Тебе это понятно?! Чувствовал хоть раз в жизни, что ради дорогого человека через себя переступишь?!
Отшатывается на мгновение и всматривается в мои глаза, а я уже не могу кричать, шепчу только:
– Против Мурата никто не выстоит. И я проклинаю день, когда чертов Айдаров увидел меня на приеме… Я виновата! Сидела бы тихо в своей комнате, как всегда, не выходила к гостям и не было бы ничего из этого. Просто захотелось утереть нос мачехе. Так утерла, что сейчас оказалась сидящей на незнакомом мужике.
– Иногда армагедец случается.
Редкостный циник. Выводит меня на эмоции. Злюсь.
– Ты наглый. Надменный…
Давлюсь воздухом, когда наклоняется и выдирает из меня вскрик, выцеловывает очередной стон…
Его руки вызывают томление. Кожа горит и пульсирует, упираюсь в него ладонью, пытаясь игнорировать то, как на коже вспыхивают искры. Не знаю, что сейчас меня пугает больше: крепкие мужские объятия или моя реакция на этого дикаря.
Опять отпускает, играет как кот с мышкой, то нападая, то отступая.
– Ты мне противен. Так же, как и он.
Проговариваю со всей злостью, вру безбожно, потому что еще ни разу в жизни поцелуи не кружили голову, не выбивали дух, а может, я просто сошла с ума от всего ужаса, который успел со мной произойти за последнее время…
– Я это переживу… – надрывный шепот и сильная рука заставляет прогнуться в спине, давит на поясницу, падаю на широкую грудь, огненные пальцы проскальзывают по плечу и останавливаются на затылке, подталкивают, моя ладонь опускается на каменное плечо, скользит, и я чувствую, как под кожей бугрятся стальные мышцы при каждом его движении.
Резко распахиваю глаза, помутнение проходит, вспоминаю, в чьих именно руках нахожусь, изо всех сил провожу ногтями по шее мужчины.
– Коготки у кошечки острые, смотрю.
Дикий взгляд, прожигающий каждый миллиметр моей кожи, выжигающий до костей. Откровенный, порочный. Жаждущий. Алчный.
Все внутри меня сжимается в тугой комок напряжения, наблюдаю, как взгляд моего похитителя становится тягучим, плотным, как ночь, зрачки расширяются, затапливают радужку.
Дикий зверь играет с добычей, рассматривает, пробует на зуб, пока не ранит, но только пока…
– Это сумасшествие.
Шепчу дрожащими губами.
