Нарисованные шрамы

Я поворачиваюсь, чтобы достать из-за спины левый костыль, и когда я снова встречаюсь с ней взглядом, я вижу, что по ее лицу стекает слеза. Меня передергивает.

— Мне жаль, — шепчет она. — Это не из-за тебя, Роман.

— Я знаю. — Я протягиваю руку, чтобы положить ладонь на ее щеку и смахнуть слезу. — Я собираюсь убить его, malysh. Медленно и мучительно. Просто назови мне его имя.

— Нет.

— Я не просил. Назови мне его гребаное имя.

— Я сказала нет. Я никого не сделаю убийцей.

— Слишком поздно для этого, Нина. Имя.

— Оставь. Я не скажу тебе. Просто... оставь это, черт возьми.

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь сдержать желание ударить что-нибудь.

— Хорошо. Я оставлю это на время. Но ты оттягиваешь неизбежное.

В моей спальне начинает звонить телефон. Возможно, это Варя проверяет, готовы ли мы к ужину, но у меня уже нет настроения играть в игры.

— Я должен ответить. — Я поворачиваюсь, чтобы направиться в спальню, и слышу, как Нина слезает со стойки.

Она идет следом, держась на несколько шагов позади меня, в соответствии с моим медленным шагом. Телефон перестает звонить как раз в тот момент, когда я подхожу к тумбочке.

— Я скажу Варе, чтобы она оставила поднос перед дверью, — говорю я, присаживаясь на край кровати. — Можешь вернуться в свою комнату или подождать на кухне.

— Нет. — Она берет костыли, которые я прислонил рядом с собой, и задвигает их под кровать. Я наблюдаю, как она снимает покрывало и забирается под одеяло.

— Залезай, — говорит она, приподнимая угол одеяла.

Убедившись, что, между нами, достаточно места, я ложусь, ожидая, что она не будет двигаться. Вместо этого она обхватывает меня ногами и забирается сверху, опустив голову мне на грудь. Я едва дышу, изо всех сил стараясь не пошевелиться, боясь спугнуть ее. Мы остаемся так на несколько мгновений: я лежу неподвижно, а она раскинулась на моей груди.

— Обними меня.

Я делаю, как она говорит, наблюдая за любым признаком беспокойства, но его нет. Та необычайно, но мне очень приятно держать ее в своих объятиях. Хотелось бы, чтобы это было не только ради шоу.

— Всё нормально? — говорю я.

— Да, — говорит она и закрывает глаза. — Мне нужно дать тебе несколько советов.

— Хорошо.

— Не держи меня за запястья и не хватай за шею, — говорит она, и я чувствую, как холод пробегает по моему позвоночнику. — Также не прижимай меня своим телом.

Как только слова срываются с уст, Роман замирает подо мной. Я ненавижу говорить об этом, но должна была ем сказать. Я не хочу рисковать, если он неосознанно сделает что-то из этого. Он просто лежит, и я слышу биение его сердца под моим ухом, а затем он убирает руки с моей спины.

— Возвращайся в свою комнату, malysh. Мы не будем этого делать, — говорит он отрывистым тоном.

Черт. Я знала, что он так отреагирует.

— Все в порядке, Роман.

— Нет. Тебе было больно.