0
0
— Понять бы, что все это значит? — вздохнув, пробормотала вслух, и подъехала к шкафу.
Рука сама потянулась к приоткрытой дверце. Та со скрипом открылась, и я увидела стоящую на полке фарфоровую посуду. Чайный и столовый сервизы выглядели довольно приличными, и напоминали посуду, доставшуюся тете Фиме от прабабушки. Та была то ли графиней, то ли родственницей графини, тетушка все время путалась в показаниях. «Что ты хочешь, Диночка, время-то какое было? Тогда о таких вещах старались не говорить, скрывали ото всех, боялись. Елизавета Петровна не любила о прошлом вспоминать, и нам с мамой запрещала.
Что ж, может, говорить прабабка не любила, а вот вещи дореволюционные сохранить умудрилась. И наследникам передала в целости и сохранности. Тетя Фима еще шутила, что у меня богатое аристократическое приданое, с таким и замуж выдавать не стыдно. А мне всегда становилось немного неловко. Ну, правда, какая из меня аристократка? Разве что второго сорта, как сказала однажды тетя Фима про одну нашу знакомую.
Я отвлеклась от воспоминаний и перевела взгляд на нижнюю полку. Пара книг, чернильница со сломанной крышкой, рядом с ней — резная шкатулка.
— Ну-ка, и что здесь? — пробормотала вслух и вздохнула. Похоже, тетушкина привычка разговаривать сама с собой оказалась заразной.
Я вытащила старинную коробочку, откинула крышку и уставилась на тускло поблескивающий в бархатной выемке ключ. Перед глазами мелькнуло маленькое замочное отверстие тайного хода, и все внутри подобралось в ожидании разгадки. Что, если это тот самый нужный мне ключ?
Я торопливо сунула его в карман и огляделась по сторонам. Ничего особенного. Пара потрепанных кресел, диван, пыльные шторы на окнах, потрескавшиеся от времени картины, три «венских» стула и довольно красивый столик на изогнутых ножках — вот и вся обстановка гостиной.
И все же, интересно, почему тетушка Беллы завещала флигель не ей, а Моне? Причем, как-то странно. Не насовсем, а только в пожизненное пользование. Подумать над этим я не успела. Входная дверь скрипнула, в холле раздались неуверенные шаги, и вскоре в гостиной появился дворецкий.
— Леди Изабелла, вы ужинать будете? — глуховато спросил Петерсон, шаря взглядом по комнате.
— Да, сейчас иду. Петерсон, а кто жил в этом флигеле?
Я вопросительно посмотрела на дворецкого. Тот едва заметно вздрогнул и торопливо отвел взгляд.
— Никто, миледи. Почитай, уж сколько лет пустым стоит.
— А для чего его построили?"
"— Так муж леди Летиции любили тут летом отдыхать. В особняке шумно было, улица проездная, в открытые окна целый день стук пролеток доносился, а здесь — тишина и благодать, как в деревне.
