0
0
Поясницу прострелило болью, но я только поморщилась, и двинулась дальше. В углублении за печкой нашелся закопченный чайник, а на полке рядом с ним — заварка и сахар в жестяных банках.
Есть не хотелось, а вот от чая я бы не отказалась. С уходом Лукаса меня снова начало знобить, и я никак не могла согреться. Видимо, нервы разыгрались.
Я подкинула в топку пару поленьев, набрала в чайник воды и поставила его на печь. А потом нашла железную кружку, насыпала в нее заварки, и спустя несколько минут уже пила обжигающий, отдающий дымом костра чай, и продолжала анализировать произошедшее.
***
Лукас вернулся, когда за окнами окончательно стемнело. Появился посреди комнаты прямо из воздуха и шагнул к столу, поставив на него большой баул.
— Ну что?
Я подалась вперед, глядя в осунувшееся лицо оборотня.
— Как в Баркли?
— Полно полиции. Пансион оцеплен, мне не удалось пробраться внутрь и забрать ваши вещи.
— Давенпорт там?
— Да.
— Вы с ним говорили?
— Не рискнул, — ответил Хольм. — Слишком много чужих ушей.
По лицу Лукаса скользнула тень. Он провел рукой по лбу, словно пытаясь убрать какую-то надоедливую мысль, и криво усмехнулся.
— Но зато я принес вам одежду, — поочередно вытаскивая из баула платье, чулки и расшитую кружевом сорочку, бодро сказал оборотень. — Можете переодеться.
Хольм подвинул ко мне вещи, подтянул ногой стул и развалился на нем, словно приготовился наблюдать за бесплатным стриптизом.
— Отвернитесь.
Я выразительно посмотрела на бессовестного волка.
— Я мог бы заменить вам камеристку, — протянул Лукас, и усмехнулся.
— Как-нибудь обойдусь.
— Зря. Давайте хотя бы со шнуровкой помогу.
Хольм поднялся и сделал шаг в мою сторону.
— Сядьте на место! — рявкнула я, уставившись в наглые волчьи глаза.
— О, наша леди боится не справиться с искушением?
В желтой глубине мелькнули красноватые отблески, и я вдруг поняла, что Хольм специально провоцирует меня, чтобы я не думала о недавних событиях. В душе шевельнулась благодарность. А ведь на какое-то время я действительно забыла о покушении.
— Что ж, раз уж вы так рветесь помочь, может, расстегнете застежку?
Я демонстративно повернулась спиной, выставляя на обзор длинный ряд мелких пуговиц.
— Ничего сложного, — усмехнулся Хольм.
Он мгновенно оказался рядом, горячие руки легли на плечи, и все внутри отозвалось на это прикосновение, и мне вдруг нестерпимо захотелось податься назад, прижаться к оборотню, почувствовать себя живой.
Дыхание Лукаса потяжелело. Его пальцы медленно, одну за другой, расстегивали пуговицы, а мне казалось, что я ощущаю эти прикосновения всем телом.
