2
0Одной лесопилкой сыт не будешь. Не успела я даже окончательно смириться тем, что открыть Ойгену всё-таки придётся, как на кухне слетела с петель дверь. Метнувшись к лестнице, опоздала лишь немного: незнакомый мужчина опередил меня, стремительно вбежавший в дом.
– Кристин, открывай, иначе эту дверь тоже вынесем. Не глупи, и тогда твоя дочь не пострадает.
Вот же сволочь! Подстраховался, взяв с собой подручных для грязной работы. С одним Ойгеном я бы ещё как-нибудь справилась, но с двумя мужчинами, а то и тремя – не знаю, скольких привёл бывший муж, уже нет.
– Вот видишь, какая ты глупая, Кристин. Открыла бы сразу, и никто не пострадал, – глумливо произнёс Ойген за моей спиной. На верхней площадке появился тот самый незнакомец, неся подмышкой визжащую и брыкающуюся Софи.
– Надо же... Жив ещё этот крысёныш по недоразумению родившийся девкой...
Слова Ойгена больно резанули меня по сердцу. Как так можно о ребёнке?! Ещё и о своей родной дочери?!
– Отпустите!
– Э-нет, Кристин.
Сжав кулаки от бессилия, я повернулась к бывшему мужу: – Хочу видеть королевский указ.
Ойген надменно ухмыльнулся и демонстративно медленно развернул бумагу, после чего на вытянутых руках предъявил мне. Увы, никакой ошибки не было: король действительно отменил наш развод, указав в качестве причины отсутствие Его согласия, как старшего свидетеля и инициатора церемонии.
– Но как же твой брак с Линдой? Двоежёнство в Бронхедже запрещено.
Ох, как после моих речей перекосило Ойгена! – Его тоже аннулировали и заставили меня не только вернуть приданое, но и выплатить баснословную сумму не только Линде, но и её семье в качестве компенсации! Это всё из-за тебя, Кристин! Лучше бы ты сдохла тогда, при падении с лестницы!
Как же ты близок к истине, «милый», даже не представляешь насколько.
– Если моё общество настолько тебе омерзительно, может, оставим как есть? Ты уедешь в поместье Майеров, а мы с дочерью останемся здесь. Никто никому не станет мозолить глаза и раздражать. Если потребуется где-нибудь появиться вместе, то приеду.
– Да как ты не понимаешь?! Мне нужен наследник! – рявкнул этот негодяй, да так, что глаза кровью налились.
