2
0
– Несмотря на то что большую часть своей жизни я провёл в Бернгрене, у меня остался друг детства в Бронхедже, с которым до сих пор поддерживаем отношения. И он как раз занимает должность камергера при канцелярии Его Величества, поэтому неплохо осведомлён о том, что происходит во дворце. Естественно, абсолютно всё не может рассказать в своих письмах, но в общих чертах о том, что не является тайной при дворе, вполне.
– В таком случае информации от него можно доверять. Если всё будет обстоять, как ты думаешь, то Ойгену действительно будет не до какой-то там бывшей жены. К тому же ему придётся быть осмотрительнее в своих поступках, чтобы не замарать свою репутацию, ведь за придворными всегда пристально следят и не прощают промахов.
– В этом ты абсолютно права, Кристин. Сейчас для Майеров самое благоприятное время, чтобы заявить о себе: Его Величество отправился на воды, дабы поправить своё здоровье, и малый двор обосновался на время Его отсутствия в королевском дворце. Следовательно, кронпринц будет устраивать балы и маскарады, ведь король не выносит лишнего шума и редко устраивает праздники, сократив их до минимума, положенного по этикету.
Вспомнив, на что пошла Линда, чтобы иметь возможность блистать на собственной свадьбе, я невольно вздрогнула.
– Всё, больше никаких разговоров о Майерах! Пусть эти павлины сами варятся в своей новой жизни, распушая хвосты!
Вильгельм рассмеялся, услышав моё сравнение: – Лучше и не скажешь. Кристин, я ещё вот о чём хотел с тобой поговорить: мой дом в поместье давно приведён в порядок, ты окончательно излечила Эль, и она хочет вернуться домой, чтобы увидеть всё своими глазами.
Моё сердце пропустило удар, хотя я и так прекрасно понимала, что последнюю неделю присутствие Эль и Сабрины в моём доме было лишь предлогом, чтобы Вильгельм имел возможность меня поддержать.
– Когда вы уезжаете?"
"– Думаю, дня через три. Но это ещё не всё. Как ты смотришь на то, чтобы ближе к зиме перебраться в поместье?
– А... Э-э-э...
– За это время Эль освоится в новом доме, я смогу удалить кое-какие дела, чтобы в холодный сезон реже отлучаться из поместья и больше уделять тебе внимания, – Вильгельм полез в карман сюртука и достал бархатную коробочку.
От неожиданности у меня дар речи пропал, и я, как дурочка, могла лишь хлопать ресницами, глядя на золотое помолвочное кольцо, переливающееся гранями, среди которых различила дорожку в виде крохотных звёздочек. Когда пришла в себя, посмотрела в серые глаза, в которых не осталось ни капли прежнего веселья:
– Но как же Эль, ты ведь сам говорил, что...
