Такое небольшое самоуправство меня слегка покоробило, но ведь не из дурных побуждений няня Эль взяла на себя готовку. Придётся мне как-то смириться с тем, что на кухне временно будет две хозяйки. На обед оставалась ещё похлёбка, сваренная накануне, а вот на ужин стоило приготовить что-нибудь посытнее. Приедет ли Герт вечером – неизвестно, а вот Вангер точно. Договорившись с Сабриной кто из нас в какое время, чем займётся, я выдохнула. Во-первых, терпеть не могу конфликтные ситуации, а во-вторых, няня Эль чуть поумерила свою враждебность по отношению ко мне.
Днём, пока девочки за руку прогуливались по террасе, я взяла сеть и ушла к пруду, чтобы выловить нескольких сиприн. Купать Эль ни в первом, ни во втором водоёме пока не решалась, посчитав, что достаточно устроить эксперимент возле лохани. Боже, что устроили девочки на кухне, стоило им предложить поизучать рыбу! По уши мокрыми оказались не только они, но и мы с Сабриной. Няня Эль с надеждой наблюдала за тем, как её воспитанница, опустив ручки почти по локоть в лохань, гладила серебристые спинки сиприн, даже не пытающихся от неё ускользнуть.
Часть дневного сна я снова лечила дочь Вангера, пока Софи сопела рядом: разлучить девочек оказалось невозможно. Надеюсь, что когда дело дойдёт до восстановления зрения, интерес к Эль поутихнет. Всё-таки при всём желании видеться часто с Вангерами потом не получится.
Ближе к вечеру мы уже вдвоём с Сабриной занимались приготовлением ужина, запекая мясо и следя за тушащимися овощами, пока две юные естествоиспытательницы старались не утонуть в лохани.
Сабрина отчиталась перед Вангером, как прошёл день, а он по большей части слушал её вполуха, не выпуская Эль из объятий.









