2
0Как донести до него, что ребенка нельзя оставлять без присмотра? Да и отпускать его одного…
Подожди, а зачем ему ключи от моего дома? Я находилась в таком шоке, что только сейчас об этом подумала. К ужасу добавилась паника. Он подошел к будке, где сидела охрана, о чем-то переговорил с ребятами. Один из них направился в дом.
— Артур, Леву нельзя оставлять одного. Он может сильно испугаться… — взволнованно заговорила я, как только он открыл водительскую дверь. Ничего не ответив, он сел в машину, кинул мне на колени сумку и завел двигатель.
— Мой сын, теперь моя забота! — кинув на меня полный ненависти взгляд, он резко развернул автомобиль и стал набирать скорость. Его слова эхом звучали в голове.
«Мой сын — моя забота…»
— Артур…
— Ни слова или я за себя не ручаюсь! — меня вжало в сидение от его грозного рыка. По щекам покатились слезы. От кого он узнал? Что происходит в его голове?
— Я хотела рассказать…
— Мне неинтересны твои оправдания, неужели ты еще этого не поняла, Милена! — резко ударил он по тормозам, я чуть не поцеловала панель. — У тебя семь лет было, чтобы мне сообщить!
— Ты бы не стал меня слушать! — рыдая, кричала я.
— Не-на-ви-жу! — его выражение лица подтверждало, что он был искренен в этот момент. — Так искусно лгать можешь только ты! — он вновь нажал на педаль газа. Артур несся на запредельной скорости, но мне было страшно потерять Леву. Без него моя жизнь ничего не стоила. Я уже догадалась, что Бессонов решил забрать у меня ребенка.
— И сейчас не слушаешь! Артур!.. — утирая слезы рукавом, я пыталась до него достучаться. — Подумай о Леве! Он не сможет без меня. Ты представляешь, какую травму ему причинишь, если ты нас разлучишь? Ты можешь меня ненавидеть, только не забирай сына! Лучше убей! — Артур закрылся от меня. Руки с остервенением сжимали баранку руля, рот был плотно сомкнут.
От боли меня скрутило. Согнувшись на сидении, я громко всхлипывала, кусала губы. Артур может забрать у меня сына. Он так и поступит.
«Нельзя сдаваться. Нельзя! Я должна бороться за Леву до последнего вздоха».
— Артур, давай спокойно поговорим. Я прошу тебя, не делай больно нашему сыну. Ты накажешь не только меня. — несмотря на рыдания и удушающую панику я старалась говорить спокойно. Понимала, что в таком состоянии он вряд ли меня услышит.
Всю дорогу я его уговаривала, но он не отвечал. Единственной реакцией подтверждающей, что он меня слышит, было подергивание желвак. Он остановился у ворот моего дома.
— Пошла вон, — холодно произнес он, не глядя в мою сторону.
— Артур… — всхлипнула я, умоляюще положила свою руку ему на плечо. Сбросив ее, он открыл дверь и вышел из машины. Обойдя автомобиль, он вытащил меня из салона. — Пожалуйста!.. Не надо!..
