2
0
Комната была погружена в полумрак. На окнах задвинуты темные тяжелые шторы. Я отметила, что во всем доме стоял идеальный порядок, словно квартира нежилая, только разобранная постель выдавала, что здесь кто-то жил.
Я застыла. Не знаю, чего ждала, но не этого. Неужели в этом доме нет кухни или гостиной? Почему спальня? От догадки по телу прошелся холодок. А я думала, мы спокойно поговорим. Артур даст мне время собраться и все ему рассказать. Нет… В спальню приглашают только для одного."
"Не смогу. Даже если это он. Все равно не смогу. Вот так вот, без чувств, без эмоций!
«А когда-то смогла» — напомнил противный голос в голове. Я прогнала образ мужа из головы.
Не смогу с ним… Артур этим поступком отберет мои самые светлые воспоминания. Сотрет их одним махом!
«Подумай о сыне!»
— Я хотела поговорить. — нетвердо произнесла. Я так и осталась стоять на пороге спальни, не решалась войти.
— Так и будешь там стоять? — я сделала несколько несмелых шагов, остановилась подальше от кровати. — Раздевайся… — я ждала подобного, но все равно приказ отозвался тупой болью в сердце.
— Мне надо тебе кое- что сказать… — растерялась я, в голове стали путаться мысли. Хотелось отсрочить неизбежное. Понимала, что не в том положении, чтобы диктовать условия.
— Я знаю все, что ты можешь мне сказать, — негромко произнес он, по коже побежали мурашки. — Твой муж оставил кучу долгов. Шалецкий тебя из-за них напрягает. А он слов на ветер не бросает. Ты пришла попросить взаймы у мужчины, который в свое время был готов бросить мир к твоим ногам. Я прав? — в чем-то Бессонов был прав, но не во всем. Не нашла, что ему ответить. Он и не ждал. — Предложить тебе кроме своего тела нечего. Раздевайся. — Мне в любом случае придется многое потерять, но… Подумав немного, приняла решение. Пусть будет, как он хочет. Зато сохраню жизнь своему сыну.
— Ты поможешь мне договориться с Шалецким? Отсрочить платеж? — меня задевало его холодное равнодушие, я не знала, как себя вести. Соглашаться на его условия не хотела, но выбора Артур мне не оставил. — Пока не знаю, чем буду отдавать…
— Я даже заплачу твои долги, но ты же знаешь, что я попрошу взамен, — перебил меня Бессонов. Он подошел, схватил меня за подбородок, вынудил посмотреть прямо в глаза, где за серой дымкой клубилась темная ненависть. Бессонов наклонился, почти коснулся своими губами моего рта… — Я жду, скинь с себя все или уходи. — обдал чистым горячим дыханием. Подержал так и отступил.
Меня била мелкая дрожь, кожа покрылась мурашками. Стало холодно, хотя в комнате было тепло.
«Или уходи…»
Я принялась медленно расстегивать пуговицы на жакете. За последние годы если фигура и изменилась, то в лучшую сторону. Талию не портили растяжки, она осталась такой же стройной.
