Хроника гнусных времен

Он честно пытался помочь ей разрешить их, у него не получилось – ничего не поделаешь, значит, не получилось.

В тот момент, когда он увидел в комнате Сергея пустую бутылку, а потом Настино лицо, на котором были написаны брезгливость и непонимание, он принял вызов.

Нет, черт побери, не поедет он в “Рэдиссон”, а оттуда в Дублин! Он останется здесь и выяснит все до конца. Что бы ни думала о нем Настя и остальные.

Он решительно закрутил кран и вылез из кабинки. Не найдя своего, обвязался чьим-то чужим полотенцем и за штанину поднял с пола грязную тряпку, бывшую когда-то его джинсами. Еще вчера эта тряпка расстроила бы его – джинсы были дорогие и недавно купленные. Он любил свое барахло и трясся над ним, а сегодня ему было наплевать на джинсы.

В полотенце он дошел до своей – Настиной – комнаты и комом запихал джинсы в рюкзак, чего не делал никогда в жизни.

""Вы считаете, что это я во всем виноват, и только ваша проклятая интеллигентность не позволяет вам сказать это мне в лицо”. Одна тетя Александра вслух высказала то, что было на уме у всех, и у Насти тоже.

Очень хорошо. Просто прекрасно.

Он яростно напялил на себя одежду, вышел в коридор и бахнул дверью так, что, наверное, в соседнем доме Гриша упал с дивана. И пошел в кухню. Ему нужно выпить кофе и прийти в себя. А дальше посмотрим.

В кухне была Настя, по-прежнему в куртке и кружевных пижамных штанах.

– Хочешь есть?

И голос и вопрос показались Кириллу фальшивыми.

– Нет. Я кофе выпью.

– Сварить?

– Я сам, спасибо. Ты, может быть, ляжешь? Время только семь.

Настя печально взглянула на него.

– На веревке за домом висит твое полотенце, – сказала она, – оно совершенно мокрое. Ты все-таки купался, Кирилл?

Так. Еще и полотенце.

В один шаг он подошел к ней, сгреб за отвороты куртки – куртка задралась, закрыв бледные щеки – и сказал, старательно выговаривая слова:

– Я не купался. Я не пил водку с Сергеем. Сергей вообще ни с кем не мог пить водку, потому что он не переносит алкоголь. У него аллергия. Знаешь такое слово? Когда ночью я зашел в его комнату, никакой бутылки там не было. Она появилась потом.

– Какая аллергия?! – Она оторвала от себя его руки. – Что ты выдумываешь?!

– Я ничего не выдумываю. Это продолжение той самой истории с феном в ванне твоей бабушки. Я же говорил тебе, что не знаю, что будет дальше. Мне нужно подумать. Уходи.

Она так изменилась в лице, что ему стало страшно, как бы она не упала.

– Сережка? – пробормотали совершенно синие губы. – Сережку хотели убить?

Он отвернулся от нее.

Турка с водой так и стояла на плите. Кирилл зажег под ней газ и посмотрел себе под ноги.

Насос. Ночью он сильно ударил пальцы о старый велосипедный насос, который валялся на полу. Сейчас никакого насоса на полу не было.