3
0Кай должен был вернуться с ней в чердачную каморку над улицей, к своей нищей бабушке и двум розам в горшках!
Господи, какая несправедливость! Всего-то и нужно было – сложить одно слово, и в кармане был бы весь мир, и в самый последний момент удача отвернулась от мальчишки.
Но он хотя бы знал, какое слово ему нужно сложить, а что можно сложить из четырех листов плотной арабской бумаги, на которых нарисованы купальщица, трон, дерево с птицей и паук?!
Что это может быть? Слово? Картинка? Предложение?
И на каком языке?
Длинные пальцы переложили листы. Теперь первым был ханский трон, затем дерево, затем паук и купальщица.
Может быть, это шарада? Обыкновенная шарада, какие раньше печатали в журнале “Наука и жизнь”?
До слова “вечность” один шаг. И никто, никто не помешает его сделать. Обратно, в нищету с двумя розовыми кустами в горшках, – нельзя.
Все, что угодно, только не это. Пусть даже смерть.
Оказывается, смерть – это очень легко. Старуха умерла, и стало свободно, очень свободно, и цель сразу приблизилась, и не нужно было ни на кого оглядываться, прятаться, бояться.
Никаких снов, никаких кошмаров, никаких угрызений совести – ничего. Только свобода и предвкушение счастья.
Листы снова переместились, арабские значки как будто насмехались, выстраивались странными рядами, и не понять было, что они скрывают.
Или это все-таки головоломка? Может быть, нужно разрезать картинки на части и складывать части? Но на какие?!
И надписи, надписи – что они могут значить?
Если в ближайшее время ничего не удастся выяснить, придется привлекать к этому делу посторонних. Привлекать, а потом – избавляться.
Но это уже совсем не страшно.
Убить просто. Проще, чем прочесть арабские значки и сложить слово “вечность”.
* * *
Настя смотрела в спину Кирилла Костромина, чувствуя себя спаниелем, которого хозяин отдал на время чужому человеку – “передержать”.
Была у спаниеля хорошая веселая жизнь на травке, были в ней простые радости и мелкие неприятности, вроде Киры, а остался один Кирилл Костромин, от которого теперь зависит все.
Ну, вычислит он человека, который убил ее бабушку, как уже – на раз, два, три! – он вычислил подлог с газетой, и что дальше?
Дальше придется как-то жить.
А как?
Да, газета.
– Кирилл."
"Он дернул плечом, это означало, очевидно, что она ему помешала. Ну, помешала так помешала. Все равно у спаниеля теперь нет никаких прав, придется смирно дожидаться, когда этот человек, новый хозяин, обратит на нее внимание.
– Нет, – говорил он в мобильный телефон, – нет, Игорек, не нужно. Мне бы просто выяснить, чем они занимаются. В общем и целом. Да так. Я ничего не знаю. Вряд ли криминал, но, может, что-то такое… Настя, какая фамилия у Светы?
– Петруничева, – покорно проинформировал спаниель.
– Петруничева Светлана, Игорь.
