Пришлось проорать:
– Глинская Анфиса Львовна!
Женька наконец-то открыла, ворча под нос:
– Следовало убедиться, что это действительно ты. Слово «я» может сказать каждый…
Стало ясно: у Женьки нелады с головой. Я вошла, на нее посмотрела и затосковала: выглядела подружка паршиво – взгляд бегающий, и трясет ее заметно, а главное, лицо белее мела, я такого припомнить не могла, хоть и знала Женьку всю жизнь.
– Проходь, – вздохнула она, – будем чай пить, есть теперь опасно. Ты мне про свое покушение расскажешь, я тебе про свое…
Рассказ Женьки свелся к следующему: сегодня на работе она заскучала и слиняла пораньше, намереваясь как следует выспаться.
– А ты точно помнишь… – начала я и устыдилась. Женька сидела на диете не первый день, выхлебала не одну бутылку, и в то, что она вдруг взяла и налила самой себе эссенции, просто не верилось.
– Кто-то шлялся по моей квартире, прикинь? – сказала она со вздохом, после чего настала моя очередь рассказывать. «Гранд-Чероки» произвел сильное впечатление. – Это мафия, – ахнула Женька. – На джипах раскатывают бандиты.
– И еще они травят людей уксусом, – подсказала я. – Это здорово по-бандитски. Нет чтобы по башке кирпичом хряснуть, они подменяют жидкость в бутылочках.
– Ну и что ты думаешь? – обиделась Женька.
– Все яснее ясного. Наши неприятности как-то связаны с моей рукописью.
– И с этим ты хочешь идти к ментам? – скривилась Женька.
– К ментам можно с трупом.
– Ага. После того, как прошла почти неделя. Я ментов знаю, да они нас со свету сживут. Почему раньше не сообщила, то да се, еще решат, что мы замешаны…
– Ну и что? Лучше будет, если нас укокошат?
– Может, и не укокошат, – разозлилась Женька. – Сама говоришь, на бандитов не похоже, а с остальными мы и сами справимся. Проведем журналистское расследование.
– Провели уже, – усмехнулась я.









