Его наследник

— Да, очень красивая Вера, — он вдруг провёл пальцем по шее и вдоль ключицы, втягивая носом запах моих волос. — Нам абсолютно точно стоит подружиться.

Он резко отпустил меня и отошёл на два шага, оглядывая с ног до головы. Мужчина засунул руки в карманы брюк и сказал вновь деловым и равнодушным тоном:"

"— Но делать мы это будем в моём доме. Раз со мной будет жить Богдан, будешь и ты. И так, как я тебе скажу.

Меня же трясло, я старалась не показывать своих эмоций, но при этом совершенно не знала, как реагировать на всё это, и что отвечать. Немного собралась с духом, прочистила севшее горло и сказала:

— Тогда пусть решает судья.

Я буду стоять на том, что ребёнку комфортнее дома.

— На здоровье. Только будет, как я сказал. Вот теперь можешь идти. Ты меня утомила, красавица Вера.

***

Второй раз уже я летела торпедой из этого ресторана. Страх отошёл, почти, и я стала соображать трезво.

Что это он мне такое предлагал? Даже не предлагал — ставил перед фактом. Что он имел ввиду? Что я должна ему заплатить за проживание в его доме? За возможность быть рядом с сыном? Я не поняла до конца, он говорил слишком двояко.

И даже не скажешь никому, что Игорь намекал мне на…секс? Он не сказал прямо. Сказал «подружиться». Дотронулся до меня? Поймал, когда я падала. Вдыхал аромат волос? Так просто я в сравнении с ним ростом не вышла, что ж поделать, если его нос как раз возле моей макушки. Провёл пальцем по шее — это не тянет на домогательства.

Я не понимаю, как сама реагирую на него. Моё восхищение его внешностью как мужчиной никуда не делось и сейчас, но между нами слишком много «но». Я первые встречи его даже как мужчину не могла воспринимать.

Но по-моему, у Игоря другое мнение на этот счёт. Он хочет, чтобы я в нём увидела мужчину для… Не знаю, для чего.

Рулила домой на автомате, никак мысли об Игоре выкинуть из головы не могла, а надо бы. Так и в аварию угодить нетрудно. Еле заставила себя сосредоточиться на дороге и ехала. Забирать Богдана с сада ещё рано. Пойду пока нервы успокою, чтобы снова не волновать ребёнка своим состоянием души под названием «шторм».

Дома сварила ещё кофе, для меня это лучшее успокоительное. Над дымящейся чашкой опять задумалась.

Тихомиров был для меня звездой.

Красивой картинкой. Я и подумать не могла, что однажды этот «принц» и мечта женщин сойдёт с обложки журнала и будет общаться со мной. Не могла и представить себе, что родила его ребёнка, с карими глазами как у папы. Что мы будем пытаться найти компромисс в том, кто и как будет воспитывать нашего случайно общего сына, и что Игорь… будет говорить мне, что я красивая…

Где-то в глубине души засела мысль, что это приятно. И внимание этого мужчины было бы приятно, если бы не сын между нами.