Его наследник

У меня даже не поднималась рука, чтобы убрать от себя его пальцы — я просто боялась до него дотрагиваться. Его энергетика меня за секунды заковывала в лёд. Ничего вокруг нет, кроме карих глаз напротив и его пальцев на моей коже. На несколько секунд мужской взгляд застыл на моих разомкнутых и пересохших от страха губах. Появилась сумасшедшая мысль, будто он смотрит на них…как мужчина.

Не может быть, это уже фантомы мне мерещатся от нервов.

— Тебе мало того, что ты уже лишилась работы? Хочешь продолжения войны? Чтобы ты её и не нашла? — снова зазвучал низкий голос.

— Игорь Сергеевич, — нашла в себе силы заговорить с ним. — Ну подумайте сами. Как вы заберёте Богдана? Вы не понимаете, что ему там будет плохо? Это не его дом. Для него уже стресс, что откуда-то появился папа. Вам плевать на меня, это я уже поняла. Но на ребёнка тоже? Как я без работы должна кормить мальчика?

Он медленно опустил руку, но так и остался стоять и смотреть на меня, сидящую на стуле, заставляя меня нервничать.

— Нет. Не всё равно. Я предлагаю тебе решение. Ты подписываешь согласие до суда, мы получаем равные права, и дальше уже суд будет решать, кто будет воспитывать ребёнка.

— Нет! — вскочила на ноги и переборов страх подняла гордо вверх голову. — Неужели вы не понимаете? Я его носила. Я его рожала. Не спала, когда он плакал маленький ночами. Я лечила, когда он болел. Я варила ему каши. А где был ТЫ, Игорь? А тебя не было в нашей жизни! Так какого чёрта я теперь должна с тобой делиться своим ребёнком?

— Такая смелая стала? — спокойно спросил он после моей маленькой истерики. — Только что тряслась, когда я к тебе прикоснулся.

Нервно глотнула. Умеет же выбить из колеи… Постаралась взять себя в руки.

— Послушайте, вы задеваете меня. Хотите отнять у матери ребёнка. Как бы там ни было, но это мой сын, мой маленький мальчик. Мы ведь любим друг друга. Нам будет плохо вдали. Ребёнок может даже заболеть от тоски. Ну что вы делаете? В конце концов, ведь вы же знаете, что такое потерять сына. Вы…

Игорь грубо притянул меня к себе одной рукой, большой палец второй руки лёг прямо на мои губы, довольно больно нажав и заставив меня замолчать.

— Замолчи, — глаза его были настолько убийственно ледяными, что по спине снова рассыпались неприятные мурашки. — И не смей со мной об этом говорить. Никогда. Поняла?

Его рука сжала мою талию, я снова вздрогнула и всхлипнула. Молча кивнула головой, потому что рот так и остался зажат им.