Его наследник

Встретилась с Сазоновой, которая снова пытала меня на предмет Игоря, пытаясь добиться от меня подробностей нашего «романа». Она абсолютно точно уверена, что между нами давно что-то происходит, перешедшее уже рамки деловых отношений. Как только догадалась? У меня на лбу, что ли, написано: «Внимание! Я сплю с Тихомировым. Во всех смыслах!»?

Но опровергать было глупо, раз это для Ритки очевидно, пришлось молча покивать головой и дать скупые подробности, вроде как:

— И как он в постели?

— Нормально. И отстань!

В общем, раскрутить меня на подробности подруге не удалось, но пытка была почти до самого вечера.

Вернулась я даже позже сына и его папы.

Игорь сам накладывал ужин себе и ребёнку, когда я вошла в гостиную.

— Привет, — улыбнулась я малышу, и чмокнула в щечку.

— Привет, — сказал Тихомиров, обращая внимание на себя.

— Добрый вечер, — ответила ему и вернулась к сыну. — Как день прошёл? Как занятие?

— Хорошо, мам! Я уже почти на шпагат сажусь. Хочешь, покажу?

— Потом, после ужина покажешь. Ешь давай.

— А ты с нами будешь?

— Нет, я уже поела. Кушай, милый.

Хотела оставить их и подняться к себе, чтобы положить пакеты с покупками.

На лестнице меня окликнул Игорь.

— Вера.

Остановилась и обернулась, вопросительно изогнув бровь.

— Приду к тебе через полчаса, как уложишь Богдана спать. Будь готова.

Недовольно поджала губы и молча продолжила путь наверх. Как меня бесят эти приказы быть готовой тогда, когда ему этого хочется… Барин, блин.

Быть готовой? Ну хорошо. Я буду. Пластырь я уже сегодня прикрепила. Хоть какая-то защита от него. Не дай Бог с таким мужчиной жизнь связать, да еще и двое детей иметь от него.

Он, конечно, не ведёт себя как говнюк в отношении детей, и готов обеспечивать, но характер… Вынесет не каждая. Потому, наверное, и один, что знает, какой он «пупсик» запередельный…

В комнате разобрала пакеты и спустилась за сыном. Отвела его в комнату, помогла вымыться и отправила в кровать.

А сама пошла в душ. Если уж секса с Игорем не избежать, буду наслаждаться. Для здоровья полезно. И хочу быть во всеоружии.

После душа промокнула тело полотенцем и вышла в комнату. Из комода достала корсет, трусики, чулки с подвязками — чтобы подольше это все снимал.

На корсете вообще крючки хитрые, не уверена, что он умеет с ними обращаться. Представила его злое вспотевшее лицо, когда он не сможет их одолеть, и рассмеялась. Даже если расстегнёт — замучается конкретно.

Надела трусики, потом натянула чулки и подцепила их к поясу. Пояс тоже знать надо, как отцепить. Пусть мучается и с низом, и с верхом.

Последним надела корсет и, честно сказать, сама еле застегнула эти крючки. Представляю, как будет беситься сейчас Тихомиров.

Распустила волосы.