8
0Хочу найти формат, в котором мы сможем существовать в ее жизни одновременно.
Я готов пересматривать свои границы. Работать с этим.
Чтобы что-то исправить, мне надо понять, как все это выглядит с той стороны. Как она видит это…
Но напрямую же не спросишь.
Беру сигареты. Иду в сад. Ложусь на гамак… Сквозь ветки просвечивает крупная луна. Здесь рано темнеет. Медленно падают листья. Пахнет сухой травой. Вспоминаю…
«— Привет… — щеки горят, глаза блестят, и грудь слишком часто вздымается.
Изучаю ее лицо. Волнуется. Редкость. Сильно волнуется.
Закрывает глаза… вжимается в меня…
— Что такое, моя девочка?…
Обнимаю, веду руками по спине вверх, поднимаю лицо.
— Что с тобой?
Она тоже внимательно изучает моё лицо.
— У меня задержка…
— Что? — зависаю, не сразу понимая смысл.
— Ты слышал. Неделя.
— Успокойся, ты не беременна.
Внутри всё застывает. Она вглядывается внимательнее.
— Я не пила в этом месяце таблетки.
— Мы предохранялись.
— Но…
— Мы не косячили, успокойся, ты не беременна.
— Мы никогда не косячим. Меня тошнит.
— Это новые витамины.
— Ты не можешь знать наверняка! — срывается ее голос.
В нем страх.
Это — камень в мой огород. Моя женщина не должна бояться.
— Не бойся. Мы все решим.
— В каком смысле?
— Если так случится, что ты забеременеешь, мы будем это как-то решать. Всегда есть варианты. Но, как бы то ни было, я всегда буду рядом.
— Если так случится, Олег, я буду рожать, — ее руки отталкивают меня, — без вариантов. Будешь ты рядом, или нет.
— Разве я сказал что-то другое?
На самом деле сказал. Но, глядя в ее глаза, уже передумал.
И она изучает мое лицо.
— Ты же не выносишь детей.
Знаю, что она хочет сейчас услышать. Но врать ни ей, ни себе не могу.
— Да. И мы будем делать все, от нас зависящее, чтобы их не случилось. Но. Если ты беременна, то только ты сама будешь решать, как с этим быть дальше. Я поддержу любое решение.
— Да ты меня еле выносишь на одной территории! — фыркает она, успокаиваясь. — Мы… будем жить отдельно… если?…"
"— Мы будем с тобой вместе, это не обсуждается. При любых обстоятельствах. Как будем жить? Не представляю. Честно. Не бойся. Пожалуйста. Уверен, что ты не беременна.
— Допустим, — расслабляется она. — А в принципе… тебе же уже тридцать два. Когда-нибудь же ты планируешь?
— Нет.
— Почему?…
— Я не хочу. Мне всегда будет достаточно одной тебя.
Меня скручивает от необходимости объясняться.
— Женечка, если случится — окей. Но, я прошу тебя, намеренно — не надо. Я не хочу. Заботиться буду — да. Принять и полюбить… Я не смогу. Нам всем будет очень тяжело.
— Ты никогда не сможешь полюбить нашего ребенка? — мне тяжело смотреть на ее разочарование.
Но это правда.
— Никакого нашего ребенка нет! — начинаю раздражаться я. — И если мы не будем косячить, то и не будет.
