6
0
Пайону быстро стянули руки за спиной, грубо повернули голову и сунули в рот тряпичный шарик. Вот именно этот момент, то, что имелся такой шарик, с завязками, убедил Пайона, что его уработали именно прамерийцы. Вигилы вряд ли бы озаботились специальным кляпом.
Пайон, кося взглядом в сторону дома, увидел, что из дверей вывели еще двоих. Виката, конечно, не стала сопротивляться. Она хоть и была молода, но на голову не больна. Даже здоровяк Тувор, который был почему-то в одних штанах (почему-то? Да опять, наверное, с Викатой развлекались! Вот они вдвоем и вышли!) и тот покорно вышел на улицу и лёг на землю… Рядом с Пайоном. Мужчины переглянулись. И Тувор молча отрицательно помотал головой.
Того пацана, которого они охраняли, Пайон узнал, даже не смотря на мешок, который был надет на его голове. Потому что, когда парня проносили мимо, мужчина увидел его искалеченные ноги, торчащие из грязных штанов.
А потом Пайон еще раз убедился в том, что он все сделал совершенно правильно. Ко входу в дом подогнали обычную крестьянскую телегу и дюжие молодчики, как раз в форме вигилов, стали выносить и складывать трупы.
«И не помог тебе твой ножик, Ранди» – подумал Пайон, увидев Ранди Куона, который всегда носил под рукавом хитрый раскладывающийся кинжал.
Судя по тому, что успел увидеть Пайон, большинство находящихся в доме прамерийцы просто расстреляли из самострелов. Да, это не вигилы, которые все-таки не сразу переводят дело в стрельбу. Агенты, выходит, просто били по всем, кто сразу не сдавался.
– Этих троих в Прамер! – услышал мужчина и у него похолодело в груди. – Пусть там разбираются, что они еще знают!
* * *
Замок Тэйдэяхан. Покои Эридис.Антария, честно говоря, открывала дверь с некоторым… Нет, не страхом, с чего ей бояться своих мам и бабушку? Но с определенным беспокойством.
С тех пор, как она была здесь в последний раз ничего не изменилось. Более того, здесь ничего не изменилось с тех пор, как это были покои Данарии Дакветор Эридис Алестис, Первой Императрицы. То есть, как эти помещения занимали Эридис, так они их и занимают.
Антария вошла в небольшую уютную гостиную. На полу здесь был слегка вытертый коричневый ковер. Слева от двери на стене висел гобелен, изображающий битву с маткой в том месте, где сейчас находился замок Абьёрн. А тогда укрепленный полевой лагерь. На гобелене был изображен момент, когда Терон Аассен пробивается к матке. Здесь он был, конечно, нарисован летящим на коне во главе рыцарской конницы, но как знала Антария, на самом деле к матке пробились десятка три орков. Из полутысячного рыцарского корпуса (Рыцарей замка Тэйдэяхан) и такого же количество орков.
