Флеш Рояль. Соната для Бетховена

Макс выставил свой дом на продажу, а сам уже живет в столице, у Марго.

Динка съежилась и вжалась в спинку скамейки. В голове проносились недавние кадры их такой недолгой, но ошеломительно счастливой совместной жизни в этом доме, и ей стало невыносимо жаль дом, словно он успел стать ее частью.

— У них свадьба через месяц, мы можем пожениться через неделю, Дина, если ты согласишься. Я бы хотел чем скорее, тем лучше.

— А Лана, Тимур? Зачем ее убили и кто? — Динка старалась заглушить вопросами ноющую боль, выгрызающую в сердце огромные, кровоточащие дыры.

— Да кто угодно, Дина.

Лана в последнее время стала слишком много болтать, она давно перестала фильтровать, с кем, как и о чем можно говорить. Не обязательно это сделали, чтобы нагнуть Горца.

Слезы продолжали катиться, но тут к одной щеке прикоснулась теплая ладонь, затем к другой. Он вытирал ей слезы, а его губы уже настойчиво искали ее, чтобы осторожно захватить сначала одну, затем вторую, затем накрыть собой обе, но Динка остановила его, уперевшись рукой в грудь.

— Нет, Тимур, я не могу так быстро, прости. Может, и никогда не смогу.

— Сможешь, Дина, я знаю, я не сомневаюсь, что ты станешь моей, просто тебе нужно время, а я умею ждать.

— Постой, а как же твоя девушка? Ты что, ее бросишь?

— У меня больше нет никакой девушки, Дина. У меня будет жена и это ты. Все, у тебя такие холодные руки, и ножки совсем замерзли. Не плачь, моя любимая, просто позволь себя любить.

Он подхватил ее на руки легко, словно она ничего не весила, и зашагал к машине.

* * *Она согласилась. Но сразу предупредила Тимура, что на свадьбе с ее стороны будет один человек — она сама. А потом узнала, что Тимур отправил мать на отдых к морю, видимо, по тем же причинам.

«Хороша свадьба, — горько думала Динка, — когда не хочется видеть никого из родных. И из друзей». Она пряталась от подруг, не пытаясь даже ничего объяснить, потому что любому вменяемому человеку то, что происходит, показалось бы дикостью.

Вернулся из круиза Ворон и когда узнал, что Динка живет у Тимура, пришел к ним и чуть с нее всю душу не вытряс. В самом прямом смысле. Он тряс ее за плечи так, что у нее голова болталась и кричал, что она дура, что она не должна была соглашаться на свадьбу. А потом стал орать на Тимура.

Тимур выслушал Сергея с невозмутимостью египетской мумии, затем вытолкал его в кухню, вошел следом и закрыл дверь. Ворон ушел, не попрощавшись.

За день до свадьбы Тимур привез ее в свадебный салон, совсем другой, хозяйка вела себя вежливо и обходительно, не бросала на Тимура сальные многозначительные взгляды, и уважение в ее словах сквозило неподдельное. Сложно было представить между ними какие-то отношения, может, потому что она была старше? Впрочем, Домина это не останавливало, Инга вот тоже давно уж не девочка.