9
0Судя по тому, как дрожала земля, «это» было явно больше обычного «чудо-ёжика».
В темноте что-то влажное уткнулось мне в грудь. Мокрая морда размером с хороший чемодан клацнула зубами, но я успел одёрнуть руку. Челюсти сомкнулись на мече. Потянулся второй ладонью, пытаясь понять, с чем имею дело, и нащупал… большой зубик!"
"Тварь дёрнулась, словно подавилась моей «зубочисткой». Что, не нравится привкус водяного медведя? Бывает. Рванул рукоять на себя, вспарывая монстру морду. В ответ получил такой удар в грудь, что рёбра затрещали, а меня потащило глубже.
Что-то толщиной с корабельный канат обвилось вокруг тела — видимо, хвост.
По каналам хлынула энергия — холодная, как арктический ветер. Магия льда вырвалась наружу потоком. В тесной норе температура упала так резко, что зубы застучали. Хорошо, что не мои. Снова хрустнуло. Надеюсь, не рука… или меч.
Монстр забился в истерике. Земля тряслась, меня мотало из стороны в сторону, словно тряпичную куклу. А потом эта туша навалилась сверху.
Значит, пришло время яда. Зелёные шарики сорвались с пальцев, разгораясь в темноте призрачным светом. Сверху доносилась паника паучков: мелкие засранцы рвались на помощь, готовые заливать нору своей паутиной. Через глаза одного из них я увидел, как мои люди уже организуют спасательные работы. Кое-как сдержал многоглазых.
А тварь тем временем, похоже, решила сделать из меня часть местного ландшафта. Утрамбовывала в грунт с таким усердием, что искры из глаз сыпались.
Наконец, монстр дёрнулся в последний раз и затих. Интересно, что это вообще за создание такое? Додумать не успел — сверху пробился луч света, и благословенный воздух ворвался в измученные лёгкие.
— Господин! — донеслись встревоженные голоса. — Живы?
— Нет, блин, просто решил поиграть в крота! — прохрипел я, отплёвываясь от земли. Во рту скрипел песок. — Вытащите меня отсюда.
Десяток рук подхватили и потянули наверх. Мышцы отозвались болью. Похоже, тварь знатно меня зажала.
Паучки кружили по краю ямы, пока я пытался промыть глаза. Земля забилась, казалось, всюду: в нос, уши, даже под одежду. А ещё эта липкая дрянь — то ли кровь, то ли слизь монстра. Щипало так, что слёзы катились градом.
— Что это было? — Василий нервно переминался с ноги на ногу, вглядываясь в тёмный провал.
— Не знаю, — я снова потёр глаза. Солнечный свет резал их, словно острые иглы. — Как ярко, демон…
— Это… Это… Слепая полёвка, — голос Николая дрожал от возбуждения. — Ничего себе! Такая большая.
