1
0
Я сама несколько насторожилась и шла за ней, сгорая от любопытства, не зная, чего ожидать, но объяснять что-либо публично Марта явно не собиралась. Пропустив меня вперёд, она притворила за нами дверь.
Мы оказались внутри небольшой комнаты, обставленной приблизительно так же, как и все ""домашние"" помещения института. Всё тот же спартанский уют с минимальным набором полезных предметов. Никаких фотографий в рамочках (хотя, о чём это я, какие фотографии, они появятся немного позже), зато на рабочем столе аккуратной низкой стопочкой лежали… Учебники! В количестве двух штук.
— Мадемуасзель фон Вельф. — проникшись ответственностью момента, Марта перешла на официальный тон, — Мне уталось упетить госпошу инспектрису фойти ф фаше полошение и, учитыфая такой похфальный учепный энтусиасм, фам расрешено дополнительно заниматься с учепниками пот моим контролем, которые три раза ф нетелю я буту брать тля фас у препотафателей.
Из глубины души поднималась горячая волна благодарности. Даже, кажется в голове немного зашумело. Я и предположить не могла, что она пойдёт на такое. Думала, может разрешат в классе поштудировать или там с собой дадут полистать. Надо ж было голову включить, да помышлить, что ни за что здесь драгоценные книги не дадут в руки воспитанницы, да ещё и без контроля.
— Вы в самом деле готовы тратить собственное личное время для того, чтобы я… подтянула учёбу? Но почему? — ошарашенно спросила я.
— Натеюсь, фы опрафтаете моё тоферие. — игнорируя мой вопрос, ещё сильнее выпрямляя и без того прямую спину, ответила она. — Та, не нушно растрашать отноклассниц и учителей потропностями фаших санятий. Натеюсь фы меня понимаете? — она внимательно, многозначительно посмотрела на меня своими красивыми, хоть и немного ""птичьими"" глазами.
Я молча покивала, глядя на неё такими же круглыми очами, не зная, какие слова сейчас будут уместны. По всей видимости, ""таможня"" в лице маман ""дала добро"", но неофициально. И болтать об этом на каждом перекрёстке не стоит.
— Приступайте. — удовлетворённая моей реакцией, не смотря на её, прямо скажем, скудность, предложила она.
Я села за стол. Сегодня это были учебники по французскому языку и литературе.
Так началось покорение наук в институте благородных девиц.
Естественно, моё регулярное отсутствие на несколько часов не осталось незамеченным в кругу одноклассниц. Поскольку я крепко держала слово и не рассказывала, какого свойства у меня случаются отлучки, а то, что в это время посещаю именно комнату классной дамы быстро разузнала наша ""разведчица"" Русакова — очень быстро вся эта ситуация вокруг меня обросла кучей домыслов и сплетен.
Единственным человеком, кроме части педагогического состава, который знал истинное положение вещей — была княжна.
