1
0Я ругаюсь, но сегодня дозволил ему эксперименты — так вот он в полном счастье обещал сразить воображение очаровательных гостей английским ростбифом и французскими трюфелями. А потом будем играть в твои любимые…
— Пузеля*? — как ребёнок обрадовалась тётушка.
— Да. Специально для тебя заказал новые наборы.
— А когда же мы будем работать? — подумала я.
— Все дела, с вашего позволения — завтра. — как будто подслушав мои мысли завершил речь Дмитрий.
Кто бы знал, что вечер окажется таким увлекательным. После потрясающего ужина (повар и в самом деле расстарался и сам подавал блюда, ревностно послеживая за нашей реакцией и млея, замечая наше удовольствие) на небольшом мраморном круглом столике рассыпали те самые пузеля и до ночи хохотали, азартно роясь в деталях и шуточно отбирая друг у друга замеченные одновременно.
Сперва-то начали было чинно выкладывать картинку по очереди, но в процессе увлеклись так, что фрагменты уже выискивали наперегонки.
Чудесно было и потому, что оба моих компаньона по игре не стеснялись вести себя совершенно непосредственно в моём присутствии, что и мне окончательно позволило почувствовать себя комфортно.
— Ага! — смеясь восклицала Наталья Сергеевна, — Так не честно! Это мой кусочек!
— Не смею возражать столь прекрасной даме! — с напускной серьёзностью поднимал руки вверх Дмитрий.
В этот момент он нечаянно зацепил рукавом уголок пазла и часть их из горки посыпалась на пол. Я автоматически попыталась поймать разлетающиеся детальки. Дмитрий сделал ровно то же самое, да так резко, что мы едва не стукнулись лбами, вцепившись одновременно в единственный пойманный клочок.
Лицо обожгло румянцем неловкости и чего-то ещё. Чего-то трепетного и приятного. Первый раз я встретилась с ним взглядом так близко. Не знаю, что в этот момент думал он и от чего так расширились его зрачки, сделав глаза абсолютно бездонными, но лично у меня сердце просто ухнуло куда-то вниз.
Набормотав кучу извинений за собственную неловкость, он помог мне подняться. Тётушка пожурила его за то, что чуть не угробил бедную девушку и игра продолжилась. А я всё никак не могла прийти в себя и избавиться от наваждения. Мой мир кружился. Смотрела на карточки, а видела… лицо и этот взгляд. С янтарными искрами и отражением в них горящих свечей… совершенно удивительные глаза.
В оправдание могу заметить, что граф тоже выглядел несколько взъерошенным и обескураженным. Лучше всех себя чувствовала Наталья Сергеевна, уверенно делая вид, что ничего не замечает.
Кое-как взяла себя в руки, заставила голову прийти в чувство и доиграла, стараясь избегать резких движений и вообще больше не приближаясь к графу.
Но, засыпая на мягкой подушке, всё же не смогла удержаться от воспоминаний.
