Белоснежка для его светлости

Однако понимая, что еще чуть-чуть, и «делом, не требующим отлагательств» станет вынос женского тела из эррисарских покоев, Закария приказал ящеру вернуться на место. Едва чешуйчатый охранник отошел от незваной гостьи, как та, видимо, на радостях, начала медленно оседать. К счастью, реакция у эррисара была отличная. Подхватив девушку на руки, он переместился вместе с ней на диван и, удобно расположив податливую ношу на своих коленях, обеспокоенно спросил:

– Вина, воды? Только сознание терять не надо, леди. Трот ящер добрый: если не чувствует от человека зла – не укусит.

Ты ведь не убивать меня пришла, верно? – усмехнулся он. – И не усыплять, надеюсь?

– Воды, пожалуйста, – тихо попросила блондинка, никак не реагируя на его шутки. Она сидела смирно, доверчиво прижимаясь к нему, и не делала никаких попыток перебраться на место рядом.

– Лэйла, воды! – крикнул «оборотень», продолжая одной лапой придерживать девушку за спину, а второй убирать с ее лица светлые пряди.

Из комнаты, откуда он только что вышел, выскользнула полуголая наложница с крашенными в светлый цвет волосами. В руках она держала большой бокал с прозрачной жидкостью.

Нисколько не стесняясь своего вида, девица подала стеклянный сосуд эррисару. Удивление она постаралась скрыть, но дрогнувшие брови и слегка расширившиеся глаза ее выдали.

– Милорд будет занят? – спросила Лэйла, выразительно посмотрев на привалившуюся к мужскому плечу Клотильду.

– Да, занят, – кивнул демон. – Иди. Ты свободна."

"Уговаривать девушку не пришлось. Не сказав больше ни слова, она направилась к двери в коридор. На пороге обернулась, бросила сочувственный взгляд на леди Андервуд и покинула хозяйские апартаменты, аккуратно прикрыв за собой лишенную замков дверь.

Тиль так и не поняла, что вызвало жалость наложницы: то, что гостья бледна и явно не в себе, или то, что она сидит на коленях чудовища? Так или иначе, реакция Лэйлы ей понравилась, потому что в ней не было ревности и зависти, которые могли иметь нежелательные последствия. Решив, что все складывается даже удачнее, чем планировалось, Клотильда продолжила играть роль напуганной красотки, доверчиво жмущейся к своему спасителю. Хотя страх покинул ее, едва ужасный Трот снова спрятался за соседним диваном, где, судя по всему, и было его любимое место.

– Так что привело благородную леди в столь поздний час… ко мне? – помогая девушке сделать глоток, поинтересовался «оборотень».

– Идея, – ответила Тиль, мысленно отмечая, что не такой он и мохнатый, как казалось ранее.

Сейчас на Закари был надет балахон из тонкой ткани, без рукавов и с вырезом, расшнурованным до самого пояса, поэтому блондинка имела возможность рассмотреть, как говорится, товар лицом.