Белоснежка для его светлости

Но куда мне одной против опытных воинов, которых уже не застать врасплох, как случилось в прошлый раз? Лучше попробовать подыграть, все выяснить, а там действовать по обстоятельствам. К тому же очень уж хотелось вернуться домой, так что я не стала отказываться от предложенного шанса из-за глупого упрямства.

– Тоже кивни, если согласна, – потребовал «оборотень» у Клотильды, и та подчинилась. – Иди сюда, – позвал он ее. Девушка настороженно покосилась на меня, ожидая поддержки, а я – на Закари, так как не очень-то поняла, зачем ему Тиль.

– Рот заклеить, – верно истолковав наши взгляды, сообщил эррисар огня и продемонстрировал эластичную ленту с рыжими искорками магии.

Пока я раздумывала, соглашаться на такую меру или нет, компаньонка решительно спустилась вниз и, высоко задрав подбородок, остановилась напротив черного предводителя, скрестив на груди руки. Смотрелись они… странно. Миниатюрная белокурая красавица в наряде, который делал ее еще более хрупкой и изящной, и огромное мохнатое чудовище головы на полторы выше девушки и раза в два, если не в три, шире.

«Оборотень» с удовольствием изучал гордую «птичку», прилетевшую в его лапы, а Тиль оценивающе рассматривала его. Ленту ей на лицо он накладывал очень осторожно, стараясь не задеть когтями нежную кожу. Когда же закончил, не удержался и провел подушечкой пальца по девичьей щеке, на что блондинка даже не шелохнулась.

– Хорошенькая, – похвалил Закария мою подругу и с удовольствием добавил: – Умная девочка, послушная, – после чего ну очень выразительно посмотрел на меня, всем видом намекая, что я полная противоположность Клотильды.

А и ладно! Сочту это за комплимент. – Теперь можем разговаривать, – обрадовал эррисар, вероятно, отключив звукоизоляционную защиту. – Есть вопросы, леди Лиам?

– Полно! – откликнулась я, тоже покинув возвышение.

– Спрашивай, – милостиво разрешил черный демон, галантно предложив мне взять его под руку.

Всю дорогу до замка эррисара огня, расположенного в центре затянутого хмарью города, я именно этим и занималась. Клотильда же молча слушала, ибо говорить мешала лента, иногда кивала, но больше делала вид, что занята созерцанием окрестностей.

Милорд Гримм был сама любезность. Общался с удовольствием, вел себя достойно, не считая упорного обращения к нам на «ты», хотя на Изнанке вежливая форма тоже была принята, и всячески демонстрировал нам свое расположение, то ли желая заверить в дружеских намерениях, то ли пытаясь усыпить бдительность. И все равно мне мерещился какой-то подвох, хотя демон объяснял свои поступки и их причины весьма складно."

"Для начала я выяснила, о каком ребенке шла речь.