Белоснежка для его светлости

Я действительно сожалею о вашей утрате: наверное, это очень тяжело после многолетней разлуки увидеть брата… мертвым, – сказал он по-прежнему нейтральным тоном, и непонятно было, то ли поддел ее так искусно, намекнув на долгое нежелание встречаться с семьей, то ли и правда сочувствует. – Но в следующий раз, когда решите нанести мне визит, предупредите об этом заранее, а лучше запишитесь на прием в городскую ратушу. – Эррисар вежливо улыбнулся блондинке, странно покусывающей нижнюю губу, тонированную перламутровым блеском. А потом, снова поцеловав меня в висок, более дружелюбно добавил: – Десять лет прошло, Регина.

Это прорва времени, причем весьма насыщенного. Неужели ты думаешь, что твое присутствие в городе может меня как-то задеть?

– Ну… Родители отказались со мной общаться, – пожала плечами блондинка, как-то разом растеряв всю свою королевскую стать. Плечи опустились, голова поникла, а взгляд, брошенный на внимательно наблюдавшего за ней сына, получился какой-то затравленный.

– То родители, – спокойно ответил Варг. – Для них ты НЕ ЧУЖАЯ. – И этим было все сказано.

Гостья понимающе качнула головой, улыбнулась уголком рта и неожиданно для нас с мужем порывисто обняла его, шепнув: «Прости», которое услышала и я.

А в следующий миг белокурый ангел в человеческом обличье уже шагала с гордо поднятой головой к мальчику, с явным неодобрением взиравшему на нее. Он смотрел исподлобья и держал руку на кинжале, висевшем на поясе, словно был готов ринуться на защиту матери… Или вызвать на дуэль эррисара? Я так и не смогла толком разобраться в возможных мотивах ребенка, а вот Регину, как мне показалась, поняла правильно. И это понимание мне не понравилось.

– Я хочу, чтобы мы кое-куда слетали после обеда, – врезался в мои мрачные мысли голос мужа.

– Куда? – вскинула голову я, посмотрев в его белесые глаза, которые сейчас мягко светились, но вовсе не казались мне страшными.

– Сюрприз. – Его улыбка стала провокационной.

– Я тоже, пожалуй, пойду, – напомнила о себе Эннарин, провожавшая взглядом наших незваных гостей.

– Давно пора, – все так же глядя на меня, отозвался Варг и, подняв руку, убрал с моего лица черно-белую прядь, стараниями ветра выбившуюся из косы.

– А я отнесу в дом покрывало, – вспомнила о подарке Клотильда, во время беседы Варга с Региной изображавшая молчаливую статую, как и леди Брок. Никто, естественно, останавливать ее не стал.

Когда двор опустел, муж обхватил ладонями мое лицо и, не спрашивая разрешения, жадно поцеловал в губы. А когда наконец оторвался, давая нам обоим возможность глотнуть воздуха, тихо признался:

– С утра мечтал об этом. Но ты так сладко спала, Белоснежка, побоялся разбудить.