5
0— Главное, постарайся понравиться мне.
Я окинула его пристальным взглядом и поняла, что этот парень явно не из деревенских — одет дорого, имеет лоск, ухожен вплоть до кончиков ногтей. Он, видимо, мой взгляд понял по-своему и довольно улыбнулся.
— Когда еще выпадет возможность ощутить ласки такого мужчины, как я…
— Вы мешаете мне смотреть представление, — как можно холоднее ответила я, поражаясь такому самомнению. — Займитесь чем-то более полезным, чем ваши пошлые приставания. И да, вы не настолько хорош, чтобы я обратила на вас свое внимание. Не люблю таких крупных мужчин.
Я отвернулась, успев увидеть, как вытянулось его лицо. Вот так вот.
— Пошлые приставания? — прошипело возле моего уха. — Как интересно стали разговаривать деревенские девицы… Или ты служанка, копирующая поведение своей госпожи?
— А вы — господин, копирующий поведение своего неграмотного нагловатого слуги? — парировала я и почувствовала, как жесткие пальцы сжали мой локоть.
— Ты забываешься, девка… — процедил он и, выдернув свой локоть, я посмотрела на него через плечо.
— Оставьте меня в покое, если не хотите, чтобы я подняла шум. Мужлан.
— Ваше сиятельство, я вас обыскалась! — совсем рядом прозвучал голос тетушки Лонджины, а вскоре и она сама появилась возле нас. — А что это на вас надето, графинюшка???
Женщина удивленно разглядывала деревенский наряд, а потом ее взгляд переместился куда-то за мою спину.
— Добрый день, ваша светлость, — она поклонилась и я поняла, что этот невоспитанный хам — дворянин.
— Графинюшка??? — голос незнакомца взлетел вверх. — Как неожиданно…
Я медленно повернулась и криво усмехнулась ему.
— Именно так. Всего доброго.
Антон оторвал взгляд от сцены и посмотрел на нас.
— Мы что, уже уходим?
Похоже, он ничего не слышал — и слава Богу."
"— Да, нам пора, — я обошла этого злобного и хамоватого гиганта, стараясь не задеть его даже подолом юбки, и он это понял, провожая меня гневным взглядом. После случившегося мне уже не хотелось оставаться на ярмарке — настроение было безнадежно испорчено.
Когда мы уже стояли возле телеги, наполненной продуктами, я поинтересовалась у тетушки Лонджины:
— Кто этот мужчина, которого ты назвала «ваша светлость»?
— Герцог Эрлинг Хоконсон, — ответила женщина, продолжая с удивлением рассматривать мой наряд. — Если бы покойный граф позволял вам чаще бывать в обществе, вы бы знали, что это самый надменный, самый напыщенный и самый богатый человек во всей Дорвегии. Вы мне скажете, откуда эти юбка и блуза и почему вы в них?
— На меня перевернули кувшин со сметаной, — ответила я. — А супруга Айджа предложила мне одежду своей дочери.
