Астрид - хозяйка Рождества

 — Как же магазин? Драгоценности Агнара Вика…

— Что это значит? — он нахмурился еще сильнее, и мне даже показалось, что в его глазах промелькнула ревность.

Тяжело вздохнув, я рассказала ему о найденных мною сокровищах, опустив момент с привидением и о том, что решила вернуть украденные моим отцом украшения. Эрлинг внимательно выслушал меня, и по его лицу я видела, что он крайне удивлен.

— Есть ли что-то еще, чего я не знаю о вас? — наконец, спросил он, и я покачала головой, справедливо решив, что о моем путешествии из другого мира говорить, точно не стоит.

— Это все, уверяю вас.

— Тогда сделаем так, — герцог медленно и успокаивающе поглаживал меня по спине, отчего я млела, как кошка. — Я постараюсь узнать к кому попали украшения Агнара Вика и предложу за них цену выше той, за которые они были куплены.

— Но я хотела сама заплатить по счетам! — воскликнула я, но он сжал мои плечи и твердо сказал:

— Асти, оставьте сокровища на развитие магазина и ваши остальные безумные, но такие прекрасные идеи, а с этим позвольте разобраться мне. Хорошо?

Мне пришлось согласиться, ведь этого мужчину трудно было переспорить.

— Что вы думаете о последних словах Рика Торнварда? — герцог сменил тему, и я тут же ответила:

— Уверена, что он хотел назвать имя Тильды! Моей свекрови.

— Я тоже так подумал, — задумчиво произнес Эрлинг. — Что-то связанное с вами мешает ей спокойно жить, и нам нужно узнать, что именно. У вас нет никаких предположений по этому поводу?

— Я даже не знаю… — пожала я плечами. — Бернард появился после второго покушения, а значит, дело не только в нем.

— Да, вас пытались убить и в тот раз, когда перевернулся экипаж.

В этом нет сомнения, — согласился герцог. — И нет сомнения в том, что она не оставит свои попытки. Но не переживайте, сегодня же ближе к ночи, прибудет охрана.

— Я очень благодарна вам, ваша светлость, — прошептала я, с улыбкой глядя в его красивые глаза. — Даже не знаю, что бы я без вас делала…

— Предполагаю, что прикончили бы из своего мушкета всех головорезов Дорвегии, — тихо хохотнул Эрлинг. — Моя валькирия…

Герцог протянул руку к моему лицу и убрал выбившуюся прядь волос, не сводя с меня взгляда, а я вздрогнула от его прикосновения.

Мне хотелось прижаться к нему еще сильнее, слиться с ним в одно целое и, будто почувствовав мое желание, Эрлинг сжал меня в крепких объятиях. Ожидание прикосновения желанных губ переполняло мое сознание, и когда он склонился надо мной, подалась ему навстречу. Легкий аромат горьковатого парфюма коснулся моих ноздрей, и я растворилась в нем, чувствуя на своих губах его слегка обветренные, но горячие губы.

— Вы сводите меня с ума, дорогая, — прошептал он, отрываясь от меня.