5
0– Я член одной из самых влиятельных семей! Меня нельзя трогать и уж тем более копошиться в моих мыслях!
– Как показала практика, – усмехнулся Рентар Беруаш, – при сильном желании добиться цели запретов не существует…
– Леройт! – учащенно задышала она, отступая к ректору.
– Прости, Алария, – пожал плечами глава академии, – но, как и говорил тебе ранее, я очень устал…
Мать резко вскинула руки, охваченные огнем:
– Я никуда не пойду! – рыкнула она. – А за то, что ты осмелился подвергнуть меня проверке памяти, король вышвырнет тебя взашей из государства! – шипела она, смотря в глаза отца Кэрин и Тахира.
– Что ж, – вздохнул водный маг, – видимо придется силой, раз не получается мирным путем…
За долю секунды главный маг спеленал мать водными путами. Она кричала, осыпала бранью его голову, тем самым показывая себя настоящую. Но, как итог, намеченного Рентаром Беруашем избежать не удалось. Алария Фэйр скрылась в его портале, вереща уже оттуда.
– Советую оставаться здесь, – посмотрел Рентар на ректора. – Я так понимаю, что ты сам рад такому исходу.
Ректор едва заметно кивнул и прикрыл глаза, складывая руки на груди.
– Ну? – главный маг перевел взгляд на меня и Кэрин. – Чего стоим? Идем. Немного осталось…
68. У тебя нет сына!
68. У тебя нет сына!
Кенар
– Нет! Не смей! – кричала во все горло мать, мотая головой из стороны в сторону и пытаясь выйти из круга, в который ее силой запихнул Рентар Беруаш. – Тебя за это осудят! Твоя голова полетит с плеч! – хрипела она, скалясь.
Представшее зрелище ужасало. Она была для меня одной из самых дорогих людей, теперь же стала чудовищем. Я смотрел на Аларию Фэйр, которая из кожи вон лезла, пытаясь выкрутиться, и не мог успокоиться. Было так больно… От ее предательства, от ее жестокости и холодной расчетливости.
«Как я мог не замечать ее истинного лица? Как мог верить, что она самая лучшая мама на свете? Да, у нее были свои тараканы в голове, но ведь это женщина, ей простительно. А здесь, оказывается, вон оно что…»
Никто не произнес ни звука. Все просто стояли и смотрели, как главный маг городской гильдии поднес к виску огненной магианы какую-то тонкую трость, что-то бормоча себе под нос. Миг и набалдашник на ней засветился, проникая светом в голову громко закричавшей матери.
Ее глаза округлились, а тело содрогнулось, неестественно выгибаясь.
– Не стоит сопротивляться, – услышал я слова Рентара. – Только больнее будет. Я все равно узнаю. От меня ничего не скрыть!
Не вынося происходящего, я опустил глаза в пол, чувствуя, как Кэрин сильнее сжимает мою руку."
"На душе было погано. Светлая часть меня твердила, чтобы я остановил это действие, ведь маме больно, ведь она страдала.
