2
0А затем стало ясно, отчего у лорда директора звание Первого меча империи — двигался он молниеносно! Я только и успела ощутить, как меня одной рукой схватили за шею и подняли, а когда вновь обронили на постель, из одежды оставалась только рубашка!
— Платье зашивать не буду! — рявкнул взбешенный мужчина испуганной до дрожи мне. — В любом случае у вас с сегодняшнего дня введена новая форма!
Краем глаза проследила за медленно опадающей изорванной тканью и платья и чулок, сильно пожалела, что не упала в обморок… у темных изнасилование бессознательных не практикуется, мы не светлые.
— Под одеяло! — скомандовал магистр.
И я даже подчинилась, пряча голые ноги.
— Хорошая девочка, — выразил одобрение лорд директор и метнулся к высокому шкафу, окутанному видимой черной паутиной сильнейших охранных заклинаний.
Вернувшись, лорд Тьер уже отсчитывал дозу лекарства, стекающего на подставленную серебряную ложечку:
— Для меня двадцать капель, для вас… — быстрый оценивающий взгляд, — достаточно шести. Открывайте ротик, адептка."
"Открыла. Пожалела, едва горькая гадость потекла, обволакивая, по моему горлу.
— Тихо-тихо, — лорд Тьер присел на край постели, придержал меня за плечи, — знаю, что не приятно, но нужно потерпеть.
Отвечать возможности не было — вязкая гадость, казалось, заполнила не только рот, но и все горло.
— Шшш, — продолжали меня успокаивать. — Не то, что вы привыкли получать у лекарей, адептка, но, несомненно, действеннее. А теперь спать.
И меня бережно уложили, после накрыли одеялом и поднялись, чтобы уйти. И никакой конфетки! Впрочем, съесть ее я все равно не успела бы, так как начала проваливаться в сон мгновенно, прислушиваясь к отдаляющейся речи магистра Тьера:
— Дара, прибери здесь.
И безэмоциональный вопрос:
— Полная иллюзия?
— Превзойди себя!
Услышать что-либо еще не удалось — я провалилась в сновидение, такое же вязкое как странное лекарство, такое же теплое, как постель лорда директора, и столь же черное, как и его глаза…
*****
— …нет, тут все-таки что-то есть… — задумчивый мужской голос заставил вздрогнуть и проснуться.
— Например? — кокетливо ответил голос женский, причем я точно была уверена, что принадлежал он тому возрожденному духу смерти.
— Все идеально, — продолжал мужской голос, — и я бы даже поверил, но… здесь запах девушки, а ты, моя прелесть, несмотря на изумительное соответствие живым, все же только «почти», но совсем не девушка. Запах, Дара, вот оно твое маленькое упущение.
