0
0
– Хочешь кофе? – ласково спросил я.
Клара подняла красные опухшие веки.
– Воды лучше, жажда замучила.
– Садись, – предложил я.
Она послушно устроилась на табуретке. Я взял большую бутылку «Новотерской», налил воды в высокий стакан и протянул ей. Клара схватила его и с жадностью стала пить.
– Не торопись, – улыбнулся я, – никто не отнимет.
Неожиданно Клара тоненько заплакала.
– Не брала я денег!
Я погладил ее по спутанным волосам.
– Конечно.
– Вы мне верите?
– В общем, да. Думаю, тебе их подложили.
– Но зачем? – шмыгнула носом Клара.
– Чтобы дядя заподозрил племянницу в воровстве и выгнал из дома. Кто-то в семье ненавидит тебя до такой степени, что готов на любую подлость.
– Это Белла, – прошептала Клара, – а еще Валерий.
– Родной отец? – изумился я.
– Он мне отчим, – пояснила Клара.
– А твой настоящий папа где?
Она пожала плечами:
– У меня его нет и не было. Я незаконнорожденная.
Последняя фраза прозвучала словно цитата из литературы девятнадцатого века.
– В наше время, – приободрил ее я, – это понятие устарело. Тысячи женщин во всем мире воспитывают детей без отцов, тебе нечего стесняться. А давно Валерий женат на твоей маме?
– Двадцать один год, – сообщила Клара, отхлебывая воду.
– А сколько же тебе?
– Двадцать один.
– Что-то я не пойму…
– Ничего сложного, – вздохнула Клара, – когда Валерий женился на маме, она была беременна от другого.
Она схватила бутылку «Новотерской». Я молча наблюдал, как тоненькая струйка воды наполняет стакан. Ей-богу, некоторые люди удивляют меня до глубины души. Если уж ты принял непростое решение жениться на женщине, которая носит под сердцем плод чужой любви, то будь благороден до конца. Зачем сообщать ребенку, что не являешься его биологическим отцом? Ведь ясно, что в подростковом возрасте получишь от падчерицы кучу проблем.
– Может, ты ошибаешься, – я осторожно продолжил разговор, – Валерий двадцать лет воспитывает тебя…
Клара горько усмехнулась:
– Он меня не замечает вообще, смотрит как на… на кошку. Впрочем, нет, с киской играют, ее гладят. Я для него словно программа телевидения! Нет, опять не то сравнение, она ведь тоже нужна, правда, всего одну неделю. Я вроде дурацкого подарка от богатого родственника. Принес он бедным племянникам железную метровую вазу. И вот теперь несчастные не знают, чего с ней сделать. Выбросить нельзя – дядя обидится, а дома держать неудобно. Вот и задвинули сувенир в угол, бегают мимо и не видят, только споткнутся иногда. Я не брала деньги.
– Кларочка, – ласково сказал я, – пока Сергей Петрович не узнает имени настоящего вора, он будет считать преступницей тебя.
Девушка угрюмо кивнула:
– Понятное дело.
– Значит, в твоих интересах помочь мне.
– В чем?
– Я должен найти того, кто совершил преступление.
