0
0
Я постоял пару секунд, слушая заунывный вой, доносившийся из грязного железного ящика, и ответил: «Избавляюсь от докуки, имею право на спокойную ночь».
Нора выслушала мой рассказ и в сердцах воскликнула:
– Да убил он Варвару, убил! Степанида знала об этом, и дочки были в курсе. Только Клаве не рассказали, решили, что незачем ей слишком много знать. Вот черт! Крутимся на одном месте, а доказательств нет. Платье сожжено, Клава – дура. Значит, Клара дочь Кузьминского. Это объясняет, почему он взял к себе Анну, Валерия и девочку.
Я покачал головой:
– Нора, простите, мне кажется, вы идете не по тому следу. Сергей Петрович интеллигентный человек с благородной душой."
"– Он убийца! – рявкнула Элеонора. – У него руки по локоть в крови. Сначала Варвара, потом Катя, Анна и Рита.
– Маргарита жива.
– Нет, умерла сегодня, в восемь вечера.
Я охнул:
– Бедняжка. Но мне отчего-то кажется, что Кузьминский тут ни при чем!
– Нет! Он убийца!!!
– Ладно, – сдался я, – будь по-вашему. Но где найти доказательства, у вас одни размышлизмы!
– Я, Ваня, долго думала, – неожиданно спокойно ответила Нора, – и поняла, что сваляла дурака. Ну-ка, вспоминай, что сказал дражайший Сергей Петрович в первый день работы? Как представил себя домашним?
– Ну… как секретаря.
– А зачем он ему?
– У Кузьминского горы семейных документов, их надо разобрать.
– И что там?
– Письма, дневники его отца…
– Вот! – вне себя от возбуждения воскликнула Нора. – Вот оно! Петр Фадеевич вел дневник! Помнишь, Сергей Петрович говорил об этом?
– Ну, вроде того, – осторожно ответил я, – хотя я не видел документов.
– Так загляни в них!
– Как? – шарахнулся я.
– Ваня, – звенящим голосом выкрикнула Нора, – порой ты бесишь меня до потери рассудка. «Как, как!» Немедленно поезжай в коттедж, иди в кабинет Сергея Петровича и найди нужные бумаги, они где-то там. Вряд ли он хранит их в сейфе. Действуй!
– Но уже поздно, – попытался я вразумить хозяйку.
– У нас нет времени, отправляйся. Очень хороший момент, Кузьминский в больнице, тебе никто не помешает!
Я хотел рассказать Норе об аварии, но вовремя прикусил язык. Тогда придется сообщить и об утерянных документах, она начнет расспрашивать: где, когда, как посеял… Нет уж, пока промолчу.
– Ты заснул? – с горящими глазами осведомилась Нора. – А ну, дуй живо к Кузьминскому. Я не могу спать, как только найдешь нужное, сразу звони.
В особняк я доехал без особых приключений, слава богу, представителей ГИБДД больше на дороге не попалось. Дом был заперт, но у меня имелся ключ, и внутрь я тоже проник беспрепятственно.
Все мирно спали, в холле горела маленькая, двадцативаттная лампочка, такая же освещала и лестницу. Я вымыл руки и поднялся в кабинет хозяина. Там резко пахло табаком. Как вы знаете, я сам курю, но очень не люблю запаха окурков.
