Заберу твою жену

– Кажется, мы с твоей женой вчера так увлеклись, что перепутали аппараты.

Не самая красивая версия. По сути, я признался, что трахал его жену. Любой нормальный муж пришил бы меня за это. Только в этом доме нет ничего нормального. Жен отдают в пользование почетным гостям. А любовниц имеют прямо на супружеском ложе.

Последнее так же хреново, как и первое. Но в моем случае – во благо! Не хочу даже думать, что этот больной ублюдок сделал бы с Катей, если бы не жучок Полины.

Моя помощница все же не зря рисковала, когда засовывала его за изголовье кровати во время их первого свидания.

- Твой? – Ублюдок сам поднимает телефон с покрывала.

- Я и сама о нем забыла, - оживает Катя. – Вечера выложила из кармана. Хотела уточнить, чей, а утром все вылетело из головы.

Играет она откровенно слабо. Мертвецкая бледность и дрожь в голосе выдают девчонку с головой.

- Мы немного переборщили с лечебными процедурами, - подливаю масла в огонь, чтобы отвлечь. – Я был впечатлен.

Перевожу взгляд на ее мужа и протягиваю руку.

- Хм... Какие таланты внезапно открываются у моей жены.

Мансуров довольно ухмыляется. Но в самый последний момент меняется в лице.

- Что?

Ладонь с телефоном замирает в паре сантиметров от моих пальцев.

- Разблокируй! – строго командует урод.

- Это особый телефон для особых звонков. Без дела его лучше не включать.

У всех, у нас, есть подобные телефоны. Одни для связи с продажными чиновниками и ручными политиками. Другие – для грязной работы.

Мудак должен понимать.

- Я сказал, разблокируй! – Он хватает Катю за руку и дергает на себя.

Опасно оскалившись, он выворачивает Катину ладонь так сильно, что, кажется, вот-вот вывихнет.

- Миша, на такие игры я не подписывался.

Смотрю в глаза девчонке. Ни единой слезинки. Никакого страха. Полное принятие, будто боль – это нормально.

- Ну, тогда...

Мансуров еще сильнее поворачивает руку, однако я уже набираю пароль и поворачиваю экран к ублюдку.

Шок, который отображается на лицах Кати и ее мужа, невозможно описать словами.

Мансурова словно лопатой ударили. В первое мгновение он растерянно моргает. Совсем как хищник, у которого из пасти нагло вырвали сочный кусок мяса.

Потом с видимой заминкой берет себя в руки. И лишь через пару адски долгих секунд возвращает на морду маску безобидного толстяка.

С Катей все в разы сложнее. Обреченность сменяется на ее красивом лице потрясением. А на белых щеках гроздьями рябины проступает пятнистый румянец."

"Так и хочется сказать: «Да, девочка, твой пароль – защита от дураков.