4
0Как же это всё несправедливо! Почему именно я? Неужели я мало страдала? Я всегда знала, что моя жизнь мне не принадлежит… Но никогда даже и мысли не допускала, что отец возьмёт и отдаст меня замуж, как какую-то надоевшую вещь… Боже, мне же всего восемнадцать… Я даже жизни не видела. Внутри я лелеяла надежду, что поступлю в университет и смогу хоть немного стать свободной, может, даже влюблюсь по-настоящему… Но отец и этого меня лишил.
Я плакала и плакала, пока слёз не осталось. Такое чувство, что внутри я умерла, отец убил.
— Хватит, девочка, не плачь, — утешала Оля, гладила по спине, шептала, что всё будет хорошо.
Но я знала, что хорошо никогда не будет. И она это знала.
— Тебе лучше идти подготавливать всё к вечеру, — хрипло сказала я.
Не хочу, чтобы отец уволил Ольгу. Я тогда вообще с ума сойду. А он может это сделать назло мне, чтобы в очередной раз указать на мое место. Даже не знаю, почему ещё не уволил… Но Оля говорит, что он не посмеет её тронуть. Хочется верить.
— Нужно с ним бороться, Мили. Он не должен разрушить и твою жизнь, — жарко прошептала экономка.
Я лишь грустно улыбнулась.
— Ты сама знаешь, в каком я положении, Оля. Никто мне не поможет, побоятся.
— Может, обратиться к репортёрам? Если всё выйдет наружу…
— Он убьёт меня, тебя и всех, кто хоть отдалённо знал об этом. Всё будет хорошо, Оля, — я даже попыталась улыбнуться. — Ступай на кухню. Мне пора собираться.
Женщина посидела со мной ещё несколько минут, а затем ушла. Я даже была рада, что осталась одна… Так легче переносить горе, когда не видишь сочувствующих взглядов."
"Наверное, многие думают, что я слабачка. Уж они бы попробовали бороться с отцом за свободу. Нельзя же слепо следовать его приказам… Как же легко говорить! Никто и представить не может, что следовало за каждым неповиновением. Удары — самое лёгкое наказание, какое он мог придумать. Когда отец понял, что его сила меня уже так сильно не страшит, он нашёл способ влиять на меня по-другому. Он просто отбирает у меня всё то, что я люблю. Начиная с домашних животных и заканчивая друзьями. Поэтому я даже не пытаюсь ему перечить, всё равно будет так, как скажет он.
До самого вечера я приводила себя в порядок. Принимала ванну, делала маски, пытаясь избавиться от заплаканных глаз. Оля приходила, сказала, что отец велел спуститься к семи вечера. Ровно в восемнадцать пятьдесят восемь я была готова. Посмотрела в последний раз на себя в зеркало и критично осмотрела с головы до ног. Длинные распущенные волосы, струящиеся локонами по спине, легкий макияж с акцентом на мои голубые глаза, облегающее чёрное платье длиной чуть ниже колен с открытым декольте, которое подчеркивает все изгибы фигуры, его привезла мне подруга из Италии, вот и появился повод надеть, а на ногах туфли-лодочки.
