1
0Волосы короткие, пепельные, почти белоснежные. Глаза раскосые с ярко-красным зрачком. Правую бровь, переходя на щеку, пересекал шрам, придавая ему суровый вид, несмотря на тонкие черты лица. Более необычного мужчину мне ещё видеть не приходилось.
— Похоже, я сегодня ошеломляюще прекрасен, — отметил он, улыбнувшись краешком тонких губ."
"— И обворожительны, — подхватила я, смущённо рассмеявшись. — Простите, я только сегодня прибыла из Крондайта.
— Значит, по поводу тебя со мной связывался Уэсли, — кивнул он. — Девочка, которая заткнёт всех мужчин за пояс.
Уэсли? Это тот преподаватель, что принимал у меня документы? Удружил, ничего не скажешь. С другой стороны, учитывая, что места на факультет ограничены и приём подходит к концу, лучше выделиться.
— Мой пол не важен, — покачала я головой. — И пояса пока нет. Где можно переодеться, господин?
— Просто Райдер, — он повернулся, указывая мне куда-то в сторону. — Иди в стабулу. Переоденься в свободном деннике.
Повернувшись, я заметила продолговатое одноэтажное здание, находящееся рядом с полигоном. Видимо, там и содержатся виверны. Надеюсь… хотя нет, в любом случае они кусаются! Поблагодарив Райдера, я спешно устремилась к стабуле. По дороге мне никто не встретился, и, даже миновав широкие двойные деревянные ворота здания, я натолкнулась на относительную тишину. Временами слышалось фырканье, какие-то стрекочущие звуки. В прошлом мне лишь рад посчастливилось побывать в настоящей конюшне. И здесь всё выглядело иначе. Вдоль длинного помещения располагались денники, огороженные решётками. За ними большей частью спали большие крылатые ящеры разного окраса. И каждый из них не поленился приоткрыть глаз, чтобы проследить за моим перемещением.
Я не то, что боялась животных, просто у нас в Рокстауне их почти и не встречалось. Домашний скот разводили вдали от городского смога. Полиция перемещалась по городу на паромобилях и моноциклах. На последнем я ездила великолепно, потому надеялась, что этот навык будет полезным в освоении новой профессии. Но рассматривая вивернов, во взгляде каждого из которых читался характер, я невольно начинала сомневаться. Но когда сомнения меня останавливали?
Упрямо вскинув подбородок, я двинулась в самый конец помещения, где виднелись свободные от животных денники. Тихое скорбное урчание заставило остановиться. За решёткой, закопавшись в сено лежал виверн с лазурно-синей переливающейся чешуёй.
— Какой ты красивый, — восторженно прошептала я.
Взгляд абсолютно чёрных глаз животного обратился ко мне. Сердце защемило от поселившейся в их глубине тоски. Пошатываясь, он поднялся на лапы и двинулся к решётке.
