5
0Так, что синяки наверняка останутся!
— У меня слишком холодная постель. Срочно требуется, чтобы вы мне ее согрели!
Ощупывает меня сальным взглядом, от которого липкие мурашки бегут по спине.
— Отпустите. Немедленно! Что вы себе позволяете!
Пытаюсь пятиться к входной двери.
Мне до нее всего-то пара шагов!
Но мерзавец вцепился слишком крепко!
— Александр Викторович! Вы что-то напутали. У нас приличное заведение, и…
— Я. Хочу. Тебя!
Рычит, наклонившись прямо к губам и опаляя их мерзким запахом, от которого у меня начинается рвотный рефлекс.
— Пустите!
Замахиваюсь, но он быстро перехватывает мою руку.
Дергает блузку так, что все пуговички расходятся, почти обнажая грудь.
— Ольга Николаевна. Что, черт возьми, здесь происходит?
Слышу вдруг позади резкий голос Рогожина.
Черт! Черт, черт, черт!
Мало того, что он решил с чего-то, что я спала с прежним боссом! Так теперь еще и застал меня в таком положении…
Теперь не отмоешься! Ничего не докажешь Филиппу!
Как во сне наблюдаю за тем, как кулак Фила влетает Зарицкому прямо в челюсть.
Успеваю отскочить, когда тот ослабевает свою хватку.
— Филипп!
Кажется, я визжу.
Потому что Фил не останавливается.
Продолжает наступать на уже отлетевшего к стене и потерявшего равновесие клиента.
— Не нужно…
Шепчу, прижимая ладонь к губам.
Но тут же умолкаю, поймав на себе сверкающий, полный ярости взгляд Рогожина.
Пока Фил отвлекается, Зарицкий успевает прийти в себя.
Замахивается на Фила и я ахаю. Но тот молниеносно отражает удар, попадая противнику прямо в переносицу.
Мне становится страшно от хруста.
Неужели он сломал ему нос? Ох, мамочки!
По крайней мере, кровь очень конкретно заливает грудь нашего клиента!
— Филипп.
Но его новый взгляд в мою сторону ощущается почти так же, как удар. Меня буквально отшвыривает и ошпаривает!
— Ты что себе позволяешь?
Шипит Зарицкий, снова встав в боевую стойку.
— Ты представляешь себе, какую рекламу я твоему гадюшнику сделаю? Да это же просто помойка а не отель! Готовься к разорению! Ты банкрот!
— Заткнись, — шипит Рогожин сверкая глазами.
Миг, — и они начинают кататься по полу.
Кулаки с хрустом впечатываются в тела. По лицу. По ребрам.
Прикрываю глаза. Перестаю уже даже понимать, кто побеждает.
Наверное, надо бежать за помощью.
Звать Руслана.
Это надо прекратить! Немедленно!
Но меня словно парализует.
Пошевелиться не могу!
Только смотрю расширенными глазами на эту дикую драку. Даже моргнуть, и то не получается.
— Ты извинишься, — рычит Рогожин, окончательно подмяв под себя Зарицкого.
— Извинишься перед девушкой немедленно!"
"— Это вдруг с чего? У нее работа такая. Клиентов обслуживать.
— С того, — шипит Рогожи, а его кулак снова впечатывается в челюсть нашего гостя.
