6
0
— Ты чего здесь? Брюки шьёшь или в парикмахерскую идёшь?
— Ботинки из ремонта надо забрать.
— Понятно, — кивнул я. — А что, здесь хорошая мастерская?
— Нормальная, — процедил он, не глядя на меня, и прошёл внутрь.
Я подождал немножко и выглянул в коридор, чтобы попытаться понять, куда он пойдёт. Но ясно, что даже если он шёл сейчас к Моисею, то, столкнувшись со мной, сразу туда не двинется. Выслеживать я его не стал, решил поехать домой.
Я отпустил Краба и пошёл к себе. Кивнул дежурной, поднялся на лифте, достал ключи и открыл дверь. В сердце ёкнуло. Возникло неосознанное неприятное чувство, звоночек… не знаю как это назвать.
Ступая неслышно, я прошёл по коридору. В комнате никого не было, но ощущение, что я не один, усилилось. Я остановился, прислушался, и вдруг сзади едва заметно мелькнула тень. Я резко обернулся, взметнув руку, и увидел перед собой человека.
— Тихо-тихо-тихо… Опусти пушку-то…
28.
Передо мной стояла Лиза.
— Опусти, опусти, ты чего? — засмеялась она. — Резкий какой. Убери пушку, а то грохнешь ненароком.
На ней были, джинсы, кроссовки «Пума» и мягкий сиреневый свитер. Волосы забраны на затылке. Она стояла и улыбалась.
— Так, ты как сюда попала-то, радость моя? — спросил я, опуская руку с пистолетом.
— Да как? Дело-то нехитрое. Замки у тебя слабенькие.
— Ты что умеешь замки открывать?
— Есть кое-какие способности, — хмыкнула она. — Должен же человек хоть какие-то таланты иметь, правда? А ты почему так нервно реагируешь, ждёшь неприятностей?
— Да, какие у меня могут быть неприятности, — покачал я головой, прислушиваясь, нет ли здесь ещё кого-нибудь, — просто довольно странно узнать, что в твоё отсутствие у тебя дома кто-то хозяйничает.
— Ой, да ладно, я ж по-свойски, не чужие люди, поди.
— Не чужие, — усмехнулся я. — Это точно.
— Я там чай сделала. Думала, блинов напечь, но у тебя нет ни молока, ни яиц, ни масла, ни муки.
— Там вроде сухари есть.
— Во-во, — хохотнула она. — Сухари нашла, да. Пошли хоть с сухарями попьём.
— Да я только что с братиком твоим обедал, так что не голодный.
— Ну, это ж чай, — она приглашающе махнула и направилась в кухню.
Я осмотрелся, прежде чем двинуть за ней, все было на месте. Впрочем, ничего такого там и не было за что стоило бы переживать. В спальне посторонние не обнаружились. Похоже, она была здесь одна.
Я зашёл на кухню, и мы уселись за стол.
— Чай грузинский, байховый, первый сорт, — улыбнулась она. — Как только ты живёшь, Гриша? У тебя даже индийского не нашлось. Хорошо, хоть сахар был.
— И тот хозяйский, — усмехнулся я.
