6
0
«В этот день у вас были гости?»
«Нет, я же сказала: никого не было».
«Почему же домашние туфли стояли возле тахты, а не в прихожей?»
«Не знаю. Это такая мелочь, на которую не обращаешь внимания. Наверное, переставили во время уборки…»
«И наконец, основной вопрос: кто мог в вас стрелять?»
«Понятия не имею! Скорее всего кто-то ошибся… Или случайность…»
«Враги у вас есть?»
«Нет, что вы! Наоборот — друзей много!»
Короткая пауза.
«И последнее. Почему вы сказали врачу, что звонили в милицию?»
«Я сказала?»
Удивление было ненаигранным.
«Да, вы».
«Ах да, действительно…»
Вспомнила? Что ж, звучит вполне естественно.
""Я же попросила того мужчину вызвать «Скорую» и позвонить в милицию.
Разве он этого не сделал?""
«Вы хотите еще что-нибудь сообщить по существу дела?»
«Нет, больше добавить нечего».
«В таком случае вам предлагается прослушать звукозапись допроса…»
Я выключил магнитофон.
— Ну, что скажешь?
Судя по едва заметной улыбке Зайцева, он был не очень склонен верить показаниям потерпевшей, во всяком случае в отдельных деталях. О том же говорила и схема, по которой он построил допрос.
Но, заново прокручивая в уме фонограмму, я не находил ничего такого, что могло бы насторожить. Отвечала Нежинская совершенно спокойно, ровно, уверенно. Тон, отдельные нотки, интонации — все было искренним, без малейшей напряженности или натянутости, которые всегда сопутствуют лжи.
Разве что паузы в нескольких местах… Но это объяснимо — вспоминала.
Кстати, на наиболее острые вопросы она отвечала без всяких раздумий.
Нет, придраться не к чему. Разве что логические зацепки?
— По-моему, она говорит правду.
— И тебе ничего не показалось странным?
— Показалось.
Зайцев засмеялся и многозначительно поднял палец:
— Вот то-то и оно. Значит, это не показалось ей ерундой. К тому же она, похоже, совершенно не интересуется перспективами следствия.
— Оба этих обстоятельства могут объясняться очень просто. Воспитанность не позволяет грубить следователю, деликатность — задавать лишние вопросы.
Зайцев как-то странно смотрел на меня.
— Может быть, может быть… Ну, а как тебе человек на лестнице?
Это самое слабое место в ее версии. Притянуто за уши. Слишком часто нам подсовывают таких случайных прохожих, которых невозможно установить и допросить. Но с другой стороны…
— Разве можно полностью исключить случайности?
Зайцев посмотрел на меня с тем же выражением.
— Признайся, тебе хочется ей верить?
— Я стараюсь верить каждому. До тех пор, пока он меня не убедит, что этого делать не следует.
