8
0
То, что мелкий длинный шкет, как называл таких Витя Три звезды, и как поневоле Черный перенял у него, принесет проблемы, было понятно сразу.
Еще в тот момент, когда длинный, радостно и нахально скалясь, облапал Веснушку при встрече.
И вот пусть не заливают про всякие родственные и дружеские связи!
Не пахло там ни тем, ни другим.
А вот борзотой – зашкаливало.
И сейчас, когда и так на взводе, Черному вообще показалось, что парнишка, смертничек не иначе, лапает его девочку! Опять! Ну это вообще за гранью!
Особенно, учитывая и так чуть ли не сердечный приступ словил от веснушкиных слов жутких про жениха.
Какой, спрашивается, жених?
Какой еще у нее жених может быть!
Никакого! Никакого жениха!
Черный шел, неотрывно глядя на нагло рассевшуюся парочку. Поймал напряженный, нахальный взгляд шкета, как его там, Вадика. Мимолетно удивился борзоте и непуганности подрастающего поколения.
Никто, бля, жизни не учил!
Ну ничего.
Все впереди!
Но приличия кое-какие все же попытался соблюсти. Неправильно бить якобы родственника на территории других родственников. Так-то Черному похер, и за свое он будет рвать, но все же уважение проявить… И хотя бы предупредить…
- Веснуш… Мы не договорили.
Голос получился хриплым, взгляд - злющим.
- Договорили, - фыркнула наглая Веснушка, - ты все выяснил, что хотел.
- Нет, не все. Пойдем.
- Не хочу. Я с другом разговариваю."
"Она насупилась, а «друг» расплылся в наглючей поощряющей улыбке. Типа, ну давай. Покажи, чего ты можешь.
Черный много чего мог. Но все же весовые разные. И территория чужая. Только это тормозило. Бить детей, даже двухметровых… Ну такое.
Потому он взгляд и оскал старательно проигнорировал. Из последних сил.
Смотрел только на нее, на свою Веснушку, которую совсем недавно, буквально полчаса назад, так сладко имел в подсобке. Которая его. Ну вот полностью, совершенно его!
И которая просто не должна себя так сейчас вести! Не должна! Он ступил, да. Он виноват. Но в любом случае им надо поговорить! Надо!
- Веснуш… Пойдем, пожалуйста.
И вот кто бы знал, чего ему стоило это «пожалуйста»!
Да он на договорной бой с меньшей кровью соглашался!
- Слышь, Вениамин, - лениво процедил «друг», - ты же слышал, мы разговариваем…
И положил руку на плечо Веснушки.
Руку. На плечо. Его. Веснушки. Его!!!
У Черного, наверно, сильно поменялся взгляд. Говорили ему, что меняется, когда убивать готов.
Мертвеет, что ли… Выцветает.
И вот сейчас что-то похожее произошло.
Потому что Веснушка, чуть вздрогнув, увернулась от лапы Вадика, торопливо встала и шагнула к нему.
- Пойдем.
И, чтобы отморозить, взяла за руку.
- Пока, Вадь, еще поболтаем.
- Ага.
