8
0
Конечно, это может быть и стресс. В конце концов, он нихера не железный, нервы на пределе. Денек-то тот еще выдался. Весёлый такой денек!
И продолжение – тоже. Потому что к знакомству с родителями, если он что-то в этом понимал, заранее надо готовить! А не так вот!
Что сначала в табло от папаши, потом чуть не поседеть, не обнаружив свою женщину там, где оставил, а затем еще и познакомиться со всеми остальными родственниками и друзьями, которых дохренища! И которые вообще ни разу не сахарочки!"
"Папаша ее – отдельная, конечно, жутко печальная песня, потому что, несмотря на то, что сидел далеко и вроде как был сильно занят разговором деловым и жутко серьезным, но глаз с Черного не сводил. Недобрых очень глаз.
Они немного светлели, когда смотрел на дочку или на свою бабу. Но Черному этой светлоты не доставалось.
Особенно, когда Лена голову ему на плечо положила. Демонстративно так. Она вообще смелая у него.
Прям перевела огонь на себя в самом начале вечера. Когда назвала его своим парнем.
У большинства сразу вопросы пропали. По крайней мере, его не особо сканировали взглядами.
Так, в легкую.
Боец глянул пару раз, словно прошил насквозь. Спросил о чем-то, поржал, потискал свою жену. И отвлекся на других гостей.
Спокойный тяжеленный мужик, Данил, кажется, поизучал лениво, в основном потому, что его жена пару раз обратилась , спросила мелочь какую-то. Черный сразу понял, что этот Данил – тот еще Отелло.
Хотя, тут ничего удивительного. Его жена, тихая, спокойная, кажется, самая рассудительная из всех присутствующих за столом женщин, не уступала им в яркости. Просто была как бы… Мягче, что ли. И эта мягкость привлекала.
По крайней мере, с ней приятно было разговаривать и так и тянуло улыбаться, на что Черный вообще мало был способен.
Рядом с женой ревнивого Данила сидела жена Коли-мента, его, Черного, бывшая класснуха. И чувствовалось, что женщины прям на одной волне.
Они болтали, переглядывались, обращались к нему и к Веснушке, шутили. И вообще, таким позитивом от них веяло, что поневоле можно расслабиться было.
Дальше развалились на половину дивана Зверята, по габаритам не сильно уступавшие Данилу, весело переругивались, скалились, подначивали друг друга. И, судя по тому, что остальные вообще на это никак не реагировали, такое общение – дело привычное. Между ними сидела Бешеная Элли, периодически перегибающаяся через одного из близнецов, чтоб что-то показать в телефоне той самой певице, Тате Бойцовой. Девчонки, похоже, тесно общались. Потому что тоже тихо ржали над чем-то своим, переговаривались.
Сам Боец, ощупав Черного взглядом, общался с подсевшим к нему Колей и неожиданно с Васей, так и не снявшим кепарик. Не иначе, тот приколочен был к башке.
